Состояние было странное. От такого быстро отвыкаешь. Будто бы вечность назад вот так же планировала будущее, не забивала голову депрессивными мыслями и радовалась жизни. Так давно… до смерти Дениса… Сейчас следовало всё еще грустить, но не получалось. В теле разливалось приятное тепло, едва она вспоминала Толика и его два слова: «моя девочка».
Ох уж эти эмоциональные прыжки с парашютом.
В соннике не было ни слова о том, к чему снятся бывшие и настоящие молодые люди. Овсяная каша чуть подгорела, но всё равно казалась вкусной. Первая с утра сигарета приятно взбодрила. Такие вот приятные мелочи и делают день, верно?
Щурясь от яркости экрана телефона, Лера проверила последние новости. Отметила, что обсуждения о её попытке самоубийства схлынули. В этом прелесть современной информации. Её много. Она быстро перемалывается и забывается.
Позвонила Лизе, договорилась о завтраке и уже через полчаса сидела в кафе, у окна, смотрела на набережную и пила крепкий горячий кофе с корицей.
Лиза опоздала. Вид у Лизы был потрепанный. Лиза чудовищно страдала от похмелья. Кажется, одета она была в то же, что и вчера в клубе. Разве что немного помятое.
— Ох, подруга. Надо было останавливать меня, — пробормотала сестра после того, как заказала стакан холодной минералки. — Я себя не контролирую, ты же знаешь. Уносит после двух рюмок водки. Потом ничего не помню.
— Ты поймала какого-то симпатичного парня и увела его в неизвестном направлении, — хихикнула Лера.
— Он хотя бы был молодой?
— Моложе нас определенно.
— Главное, чтобы не педофилия, — пробормотала Лиза, надавливая кончиками пальцев на веки. — Последнее, что помню, это таксиста, который помог мне подняться в квартиру. Я пыталась его охмурить, чтобы сделал скидку. Не в серьез, конечно. Кто вообще всерьез делает минет таксистам? А у тебя как успехи, подруга?
— Наверное… лучше, чем в последнюю неделю, — уклончиво ответила Лера. Жизнь научила держать рот на замке. Даже с двоюродной сестрой.
— Вы ведь с Толиком того, пекались? — Лиза ухмыльнулась. — Такое идиотское слово — «пекались». Будто нам по двенадцать лет, мы в том летнем лагере, где я чуть не лишилась девственности с парнем из сопровождения. Помнишь?
— Лучше бы не помнила. Он и ко мне приставал тоже. Веерная атака.
— Как будто слово «секс» звучит слишком грязно… Так вы с Толиком сексом занимались, да? Старые друзья. Помню, как вы друг за другом бегали. По дружбе, знаешь, не зазорно. Тем более, парня у тебя нет. Он вроде бы тоже свободен, но не уверена.
Принесли минералку в запотевшем стакане. Изнутри по стеклу медленно ползли вверх пузырьки воздуха.
— Я бы не хотела… — начала Лера, но вдруг увидела, что Лиза смотрит куда-то за спину Леры и улыбается.
Лера медленно повернулась, хотя не хотела поворачиваться, не хотела знать, кто подошел к их столику и кого так рада была видеть Лиза. Однако, она знала. Затылком, если хотите, почувствовала.
Увидела чёрные очки, тонкие брови, губы, расплывшиеся в суховатой улыбке. Увидела аккуратно уложенные волосы, острый подбородок, идеально подобранную для хмурого осеннего утра одежду. Зонт в руке. Сумочку на плече.
— Простите, — сказала Ната. — Я немного задержалась. Пробки.
Такие, как она, не опаздывают. Они задерживаются.
Внутри у Леры что-то болезненно оборвалось. Прыжок с парашюта закончился болезненным падением.
— Я пригласила на наш завтрак Нату, — продолжала улыбаться Лиза. — Ты же не против, да? Три сестры, как по Чехову. Всегда мечтала показать Нате это наше место.
— О, она рассказывала, — произнесла Ната, присаживаясь слева от Леры. — Тут вкусные круассаны, да? Прямо из печки или что-то вроде того.
Очки она не сняла.
— Рада видеть, — продолжила Ната, неспешно стягивая тонкие розовые перчатки. — Ты очень плохо выглядела на похоронах. Не знала, что будешь так переживать. Вы ведь с Денисом друг друга почти не знали.
В её голосе, между аккуратно расставленных слов, слышались другие слова, настоящие. Лера уловила их, и они были не такие сладкие, как «моя девочка» Толика.
Словами Наты можно было убивать.
Лере захотелось вскочить и броситься вон из кафе. Она крепко сжала чашку с кофе. Так, что побелели кончики пальцев. Заставила себя коротко улыбнуться.
— Простите, что ненароком влезла в ваш разговор. О чём шептались, девочки? — спросила Ната.
— О Толике из «Вирус-клуба», — ответила Лиза, допивая минералку. — Кажется, Лера с ним мутит по второму разу.
— Не староват? Сколько ему лет? Шестьдесят? Около того?
— Вроде бы около пятидесяти, — продолжила Лиза. — Нормально выглядит. Хороший такой мужик, в теле. Жару даёт в постели, наверное, как двадцатилетний.
— Это нам Лерочка может рассказать, да? — чёрные стёкла очков повернулись к Лере.
— Я, пожалуй, промолчу и допью кофе, — ответила Лера. Голос предательски осип. В горле пересохло.
А еще будто кто-то потревожил в голове ворох беспокойных мыслей, и они взлетели, перепуганные, вытеснив все остальные.
