— Кто вы? — холодно спросила она. Голос полностью соответствовал ее внешности, и был также завораживающе красив в разговоре, как и в пении. — Что вам от меня надо?
Когда вдохновленный Виталий стал рассказывать свою историю, Ника вся превратилась в слух. Услышав имя сестры, она побледнела еще больше, поднеся пальцы к вискам. Лицо ее исказила гримаса боли. Виталий инстинктивно протянул руку, порываясь утешить ее.
— Нет, ничего… Говорите, — остановила она его порыв, сделав жест продолжать. Она сняла очки, и уронив лицо на руки, больше не сказала не слова.
Когда Виталий закончил, Ника все еще сидела неподвижно, пальцы ее были мокры от слез.
— Простите, я сделал вам больно, — извинился Виталий. На его лице, как в зеркале, отразилась ее боль.
— Нет. Это не вы, — вздыхая, сказала она.
Было тяжело от чужих страданий. Из-за запаха роз и каких-то еще цветов, сваленных в беспорядке на столике, было трудно дышать.
Немного успокоившись, она достала платок и стала приводить себя в порядок. Когда подняла глаза, припухшие от слез и покрасневшие, они увидели, что они у нее нежно-голубого цвета.
— Вы — Ника, — утвердительно сказал Виталий.
— Я Ника, — согласилась она. Сходство с Мерлин Монро было весьма отдаленным. На изящном красивом лице трогательно светились несколько веснушек.
— Спасибо вам, — протянула она руки сначала Виталию, потом Олегу. — Я очень благодарна вам. Я должна была это знать. — Первоначальная холодность растопилась без остатка. В глазах ее светилось доверие.
Ника еще некоторое время расспрашивала их обо всем, что они могли знать, и Виталий с готовностью выложил ей всю информацию, предлагая свою помощь. Невольно сделал несколько порывистых движений в ее сторону, чем вывел из себя грузина.
Он моментально оказался рядом, враждебно сверкнув глазами.
— Ничего, Гиви, это друзья, — объяснила она. — Ты можешь идти.
Он с недоверием потоптался у двери. Спустя минуту, осторожно закрыл ее за собой.
К удивлению мужчин, Ника достала из кармана халата еще один медальон. И положила рядом с первым.
— Это настоящий? — спросил Виталий, любуясь блеском камня.
— Нет. Незадолго до своей смерти нам дала эти медальоны мама и велела не снимать их. В моем была Верина фотография, а в Верином — моя. Я всегда считала, что настоящий медальон у Веры, ведь мама была с ней более откровенна. Как же я была несправедлива к ней… — запоздало раскаялась она. — Оказывается, мама любила нас одинаково. Теперь-то я понимаю, как ошибалась, — вздохнула Ника, помолчав. — Когда я узнала, что Веру убили, я была уверена, что это из-за медальона.
— Да так оно и было. А увидев, что медальон поддельный — убийца выбросил его, — предположил Олег.
— Или Вера сама отбросила медальон в сторону, не хотела, чтоб он достался Губерману, — подумав, сказала Ника.
— А что значат эти цифры и буквы на медальонах? — спросил Виталий.
— Я думала об этом, но ничего не могла придумать, — сказала Ника.
— Если на Верином медальоне написано: Ника, почему на Вашем не написано: Вера? А какие-то три буквы А М Е? — раздумывал вслух Олег.
— Не знаю, — подумала о своем Ника. — Почему она погибла? Как он мог ее убить? Может быть Губерман, зная, что у мамы с Верой были лучше отношения, чем со мной, тоже предположил, что ей достался подлинный медальон. А может быть, Вере и правда была известна какая-то семейная тайна. Но если бы он узнал эту тайну, он бы не преследовал меня, ведь так?
— Конечно. Вряд ли ваша сестра что-то ему сказала, — проговорил Виталий, напомнив тем самым, что он был свидетелем смерти девушки.
— Да она бы никогда этого не сделала, скорее бы умерла, — воскликнула Ника и тут же опомнилась, досадуя на себя. — Ой, что же я говорю. — В небесных глазах ее снова блеснула слеза.
— Не казните себя, вы не в чем не виноваты, — сказал Олег, желая утешить женщину.
— Она звонила мне накануне своей смерти, просила приехать, предостерегала. Но я тогда ее не послушала. А теперь Губерман здесь. Я почти каждый день встречаю его на улице. Он пока меня, к счастью, не узнает.
— Он недавно был у вас на квартире, — сказал Олег.
— Ах! — испугалась она. — Я почти неделю, как переехала к Гиви. Он запрещает мне работать, а мне так нужны деньги, чтобы уехать куда-нибудь.
— Вы надеетесь от него спрятаться? — спросил Олег.
— Я думала обратиться к своему дяде в Москве, — сказала она.
— 286-07-24? — спросил Виталий.
— Да. А откуда вы знаете?
— А как, выдумаете, мы узнали ваш адрес? — вопросом на вопрос ответил Виталий.
— Минуточку, — посмотрите-ка, — переложил местами медальоны Олег, прервав их беседу: — Если по порядку — Вероника, — процитировал он, — Смотрите, что получается?
— А М Е — Р И К А! — воскликнула Ника. — Ну конечно, Америка. Вера тоже мне говорила, что надо ехать в Америку, я еще подумала тогда: «На что я поеду. Мне едва на жизнь денег хватает.»… — покачала она головой. — Как же я-то об этом не догадалась?
— Что могут означать эти цифры и точки? — заинтересовался Олег.
— Может быть, номер штата, почтового отделения, сейфа, наконец? — перечисляла Ника.
