Идеальные полностью

Спенсер осторожно шагнула вперед. Что бы она ни вспомнила, эта картинка так же быстро исчезла, но для нее обернулась настоящим землетрясением. Девушка огляделась вокруг, ожидая увидеть осколки стекла и разбегающуюся толпу – наверняка весь мир ощутил подземные толчки, – но ничего как будто не изменилось. В нескольких шагах от нее в раздевалке Наоми Зиглер изучала свое отражение в зеркальце шкафа. Двое девятиклассников у доски «Учитель года» смеялись над улыбающимся с фотографии мистером Крафтом, которому пририсовали сатанинскую бородку и рога. Окна, выходившие во двор, не треснули, не упала ни одна из ваз в выставочной витрине гончарной мастерской. Что же за видение посетило Спенсер? Почему она почувствовала такую… неустойчивость? Словно земля качнулась под ногами?

Она проскользнула в кабинет экономики и неуклюже уселась за свою парту. Со стены на нее хмуро взирал портрет Дж. П. Моргана[32]. Как только класс заполнился и все расселись по местам, Сквидвард вышел к доске.

– Перед показом сегодняшнего видео я бы хотел сделать объявление. – Он посмотрел на Спенсер, у которой похолодело внутри. Именно сейчас ей совсем не хотелось всеобщего внимания.

– В своем первом эссе Спенсер Хастингс привела очень красноречивый, убедительный аргумент в пользу теории «невидимой руки»[33], – торжественно произнес Сквидвард, поглаживая галстук, усеянный портретами Бенджамина Франклина со стодолларовой банкноты. – И, как вы уже слышали, я номинировал ее на «Золотую орхидею».

Сквидвард начал аплодировать, и к нему присоединился весь класс. Овации длились пятнадцать секунд, казавшиеся вечностью.

– Но у меня для вас еще один сюрприз, – продолжил Сквидвард. – Я только что разговаривал по телефону с членом судейской коллегии. Спенсер, ты вышла в финал!

Класс снова взорвался аплодисментами. Кто-то на задних партах даже свистнул. Ошарашенная Спенсер замерла, на какое-то мгновение перед глазами у нее потемнело. Девушка попыталась приклеить к лицу улыбку.

Эндрю Кэмпбелл, сидевший сзади, похлопал ее по плечу.

– Отличная работа.

Спенсер посмотрела на него. Они с Эндрю почти не разговаривали после той злосчастной поездки на «Фокси», когда она оказалась никудышной партнершей и бросила его на танцах. С тех пор он только время от времени кидал в ее сторону косые взгляды.

– Спасибо, – прохрипела она, когда к ней вернулся голос.

– Ты, должно быть, здорово потрудилась, да? Пользовалась дополнительными источниками?

– Угу. – Спенсер принялась лихорадочно перебирать вырезки и листочки с записями из папки по экономике, выпрямляя и разглаживая загнутые уголки и складки. Потом попыталась упорядочить их по дате. Работа Мелиссы – вот единственный источник, к которому прибегла Спенсер. Когда она приступила к выполнению задания и попыталась разобраться в предмете, даже простейшее определение «невидимой руки» из Википедии поставило ее в тупик. Зато первые несколько предложений из работы сестры оказались достаточно ясными и четкими: Суть концепции «невидимой руки», выдвинутой великим шотландским экономистом Адамом Смитом, можно выразить легко и просто, всего одной фразой, актуальной для рынка как девятнадцатого века, так и века двадцать первого: возможно, вы думаете, что все вокруг работают, чтобы лично вам жилось лучше, но на самом деле каждый стремится к собственной выгоде. Правда, когда она дочитала эссе до конца, в голове воцарился туман, как в их домашней эвкалиптовой паровой бане.

– Что за источники? – Эндрю вцепился как клещ. – Книги? Статьи в журналах? – Когда она снова обернулась к нему, ей показалось, что на его лице блуждает ухмылка, и Спенсер стало не по себе. Он знает?

– Ну… хотя бы книги из списка Макадама, – пролепетала она.

– А. Что ж, поздравляю. Надеюсь, что ты выиграешь.

– Спасибо, – ответила она, решив, что Эндрю ни о чем не догадывается. Он просто завидует. Спенсер и Эндрю вечно соревновались за звание лучшего ученика и по очереди занимали соответственно первую и вторую строчки рейтинга. Можно сказать, что Эндрю наблюдал за успехами Спенсер так же внимательно, как биржевой брокер отслеживает колебания промышленного индекса Доу-Джонса[34]. Спенсер вернулась к сортировке бумаг в папке, хотя это и не приносило облегчения.

Когда Сквидвард приглушил свет и началась демонстрация видеофильма «Микроэкономика и потребитель» под аккомпанемент задорной, жизнеутверждающей музыки, Спенсер уловила вибрацию мобильника в сумке. Медленно она протянула руку и вытащила телефон. В почтовом ящике появилось новое сообщение.