Боль… память… мир… твари… дом… вены…
Вот и все, наверное…
Стой! Еще ты…
Все еще не ушла, оставив свой след внутри моей головы
.
Что у тебя? Любовь? Любящий дом, уютный очаг
Радость убьет печаль…
Руки любимых, вечно любимых глаз,
Прости… давай не о нас…
Не помни ту смерть, лучше забудь, зачем?
Мучить себя, вбивая ножи по рукоять в грудь
Он дышать не хотел, а значит судьба!
Второй месяц…
Без тебя…Без ласковых твоих слов,
Но по-прежнему посещаешь мир моих талых снов
.
Надеюсь… у тебя все отлично… правда, я верю,
Пусть совсем слепо…
Больше не жду. Кого я обманываю? Кому я вру?
Только себе…
Бег среди лет, чтобы вновь посидеть!
Могилою чувств, что в груди…
А разум — мост, мост от земли душою до неба.
Зачем?
Зачем я пишу тебе письма?
Зачем я зову тебя ночью? Прости за любовь, за слова,
Прочерк…
.
Прости за все эти строки».
Парень дотягивал остатки дыма. Телефон засветился. «Еще одно глупое сообщение. Интересно узнать, от кого?» — тихо произнес Джимми и начал читать. Цифры знакомого номера плавно перебирались по экрану, то влево, то вправо. Это была Саманта.
«Привет. Я так понимаю, у тебя сегодня день рождения? Если ты, конечно, не врал. Ну что же, с праздником тебя. Желаю всего самого лучшего, и забудь, наконец-то, меня. Целую».
Снова руки задрожали, а сердце быстро стучало в груди. Так происходило всегда, когда Джимми думал о Саманте или общался с ней. Парень набрал сообщение, в котором благодарил ее, и снова слезы катились по щеке. Счастье или горе? Увы, но на этот вопрос ответов не было даже у Джимми.
Включенная музыка наполняла каждый миллиметр квартиры. Молодой человек пересчитывал деньги, которые он откладывал, взял пару купюр, оделся и вышел из дома. Его лицо, с небольшой щетиной, встречали холодные и сильные порывы ветра. На улице было безлюдно, только несколько фигур, бегущих на уходящие автобусы, просвечивались в дали. Макушки деревьев качались в такт ветру, а на небе плавно плыли тяжелые тучи.
Все в том же, таком теплом и уютном, маленьком магазине, Джимми купил сигарет, бутылку слабоалкогольного напитка и кое-что пожевать, после чего расплатился, все аккуратно сложил в пакет и отправился домой.
Джимми тяжело вздохнул, толкнул плечом, уже открытую, дверь и пересек порог квартиры. Из комнаты доносилось заунывное пение, исполненное прекрасным женским голосом, телефон мигал особым, синим цветом, находясь на небольшом шкафчике рядом с дверью, парень прошел в свои покои, открыл бутылку: «Ну, с днем рождения» — произнес он, стоя перед зеркалом и коснувшись его горлышком стеклянного сосуда, от удара которого вырвался лишь тихий звук — «дзинь».
Парень сидел около тусклого монитора, попивая горькую жидкость из прозрачной бутылки. Какие-то фильмы, кадры мелькали перед глазами, заставляя губы Джимми растягиваться в непонятной улыбке. Время шло, вечер неумолимо нагонял тоску и печаль на усталый город. Из коридора послышалось как кто-то, видимо это была Кэтрин, с помощью ключа, прокручивает дверной замок, затем холодный воздух потянулся по полу, обхватывая ноги, сковывая их в свои цепи, дверь хлопнула, послышались шаги.
— Вижу ты уже начал — улыбаясь говорила Кэтрин, находясь в дверном проеме и держа в руке пустую бутылку — А я только спешила, торт вот купила. Сейчас переоденусь, а ты пока отнеси пакеты на кухню, будь хорошим братиком
— Да, конечно — ответил Джимми и ринулся в сторону Кэтрин — Зачем торт покупала?
Дойдя до кухни, парень принялся распаковывать продукты, среди которых были: торт, фрукты, какие-то мясные изделия и бутылка сухого вина. «Фу» — подумал про себя Джимми, но вида не подал. Он все так же ненавидел этот напиток, который по вкусу для него являлся нечто средним между спиртом и дешевым виноградом.
— Ты решил? — донесся голос Кэтрин
— Что именно? — не понимая, переспросил парень
— Пойдешь сегодня куда-нибудь? Или, как старик будешь сидеть дома? — улыбаясь, молвила Кэтрин
— Не знаю еще. Надо подумать
— Чуть что, скажешь. А теперь, бегом мыть руки и за стол — девушка подмигнула глазом — А я пока все приготовлю. Идет?
— Конечно — ответил Джимми и поплелся в ванну.
Вода звонко билась каплями о металлический умывальник, стекая по рукам и лицу парня. Вскоре, он вышел и уселся на тяжелый деревянный табурет.
— Выпьешь? — обратилась Кэтрин к брату, наливая вино, которое сильно плескалось, в высокие бокалы — Или не хочешь?
— Кэтрин, ты же знаешь, я не пью вино — улыбнувшись, ответил Джимми — Сама пригуби
— Точно! — воскликнула девушка — Как же я могла забыть?
— Да ладно тебе. Все нормально
— И все-таки, ты пойдешь сегодня куда-нибудь? — спрашивала Кэтрин, маленькими глотками опустошая бокал
— Да. Я решил
— И с кем?
— Даже не знаю. Разберусь, в общем. А ты дома сидеть будешь?
— Нет. Я через часик пойду до коллеги. Посидим, поболтаем. Возможно, заночую у нее. Тебе, кстати, деньги нужны?
— У меня есть еще чуть-чуть. Я же не собираюсь напиваться. Культурно, цивильно погуляю. Может, зайду в какое-нибудь кофе — говорил парень, но в голове он ведь понимал, что никогда не сможет перешагнуть порог какого-либо заведения
