Матильда мельком взглянула на личностной браслет. Пять часов по условному корабельному времени. До вахты еще спать и спать. Она уперлась ногами в койку, отодвинула к стене Шеля. Он что-то пробормотал, но не проснулся.
– Извини, – она слезла с Рика.
– С вами спать хуже, чем с братьями, – сердито сказал он. – Только и радости, что вы голая!
– Вот и спал бы на полу, чего тебя на койку потянуло? – не осталась в долгу Матильда.
– Вы меня позвали, – сообщил Рик.
Хоть убей, Матильда этого не помнила.
– Да? – недоверчиво спросила она.
– Да. Когда я пришел, вы вроде бы спали, а потом так: «а где Рик?». Я лег рядом, и вы опять отключились.
– Хм… Знаешь, я себе еще никого в постель не требовала, – призналась она. – Ты первый.
– Я рад, – кисло ответил Рик. – Только давайте будем тогда уж вдвоем спать, а? Тяжело мне…
– Конечно, – Матильда попыталась устроиться поудобнее, что было весьма затруднительным. Койка, конечно, у нее достаточно широкая, корабль изначально принадлежал семейной паре. Но все же на троих не расчитана. С этими мыслями Матильда уснула.
Утром она ждала сцены ревности от Зейна, однако он вел себя как обычно. Зато Кирилл, ходящий следом за Матильдой, Шеля прокомментировал:
– Что, Матильда, завела себе собачку? А когда ты в туалет идешь, он с тобой?
– Под дверями сидит, – Матильда даже не разозлилась. Ее и саму крайне волновало подозрительное поведение эльфа. Вчера он сидел в каюте, сжавшись в комочек, а сегодня не отходит ни на шаг. Уединение в санузле ей пришлось выбивать силой.
– Поэтому и запретили генетические эксперименты, – сказал Зейн. – Потому что природа не терпит вмешательства в ее дела. А в мозгах этих созданий еще и психиатры покопались. Давайте его в грузовом отсеке запрем?
Матильда покосилась на застывшего за спинкой ее кресла Шеля. Лицо его было совершенно спокойным и умиротворенным. Предложение Карата, конечно, соблазнительное, но она обещала, что на ее корабле насилия не будет.
– Никого нигде мы запирать не будем. – Матильда смерила оценивающим взглядом Кирилла и добавила: – До тех пор, пока все ведут себя прилично.
– У меня еще ребра не зажили, – фыркнул Рыжий. – И вообще, не надо на меня смотреть как на главного злодея.
– Ты до него не дотягиваешь, – опустила планку его самомнения Матильда. – Но должность моей главной головной боли ты уже занял.
– Ух ты! – Кирилл принялся перечислять. – Я – главная головная боль, Рик – главная подушка, Натаниэль – главный умник, Бу…
– Главный прожора, – подсказал Рик.
Бу обиженно запыхтел, но промолчал.
– Зейн – главный отвергнутый, а Шель – главный щенок. Гениально ты себе команду подбираешь, Матильда! Восторг!
Сказать ответную гадость Матильда не успела, потому что на связь с «Сырком» вышел полицейский катер. После того, как капитан обрисовала ситуацию, она отпустила шлюпку дрейфовать рядом с кораблем, чтобы полиция могла пристыковаться на ее место. Шлюпку тут же притянул грави-захват катера. Стандартный полицейский катер был способен удержать до пяти шлюпок, а капсул – не меньше пятнадцати.
– Капитан Ренко? Майор Доусон, космическая полиция Тиронги. – Они обменялись рукопожатиями.
Рик перекинул на планшет полицейского аналитика все материалы по катастрофе «Авроры». Еще один полицейский проверял документы на груз. После того, как он обменялся кивком с майором, тот покачал головой:
– Странно, капитан Ренко, в межгалактических базах вы не числитесь, значит, довольно законопослушны. Но что на вашем борту делает Зейн Карат?
– Я тоже законопослушный, – показательно обиделся Зейн.
– Очень относительно, господин Карат, очень относительно. Вы не первый раз летите на Тиронгу, так что уже вся полиция имела возможность ознакомиться с вашим личным делом.
– Я служила на корабле Зейна, а теперь он служит на моем, – сказала Матильда.
– На самом деле, я ее жених, – конечно, Карат не мог промолчать.
– Я тебе отказала!
– Это пока!
– Ясно, – перебил их перепалку майор Доусон. – Буду знать.
Зейн скривился. Теперь вся полиция Тиронги будет знать, что ему отказали. Конечно, такой новостью они не смогут не поделиться с космическими рейнджерами, а те разнесут по галактике. У него оставались сутки, чтобы или заставить Матильду принять его предложение, или придумать нечто такое, чтобы выкрутиться из ситуации с наименьшей потерей для репутации, а еще лучше – с прибылью.
– Майор, что дальше будет с эльфом? – спросила Матильда. – Может, я могу перекинуть ему на какой-нибудь счет деньги или еще как-то помочь?
– Мы передадим его рейнджерам, а уже они отвезут его в спецприют. Не беспокойтесь, эльфы признаны потерпевшими в результате незаконных научных экспериментов и им выплачивается пенсия от Галактического Союза.
– Отлично! – обрадовалась Матильда и повернулась к эльфу. – Счастливо, Шель, было приятно с тобой познакомиться.
– Нет, – сказал Шель и скрестил руки на груди. – Я никуда не пойду.
Сердце Матильды подпрыгнуло, а в кишках похолодело.
– Что значит – никуда не пойду? Шель, тебе не место на космическом корабле, ты должен прожить нормальную жизнь! Тебя в приюте всему обучат, ты получишь гражданство, возможности…
