Обычный тёплый апрельский вечер. Небо потемнело. Ванкувер в ответ включил все свои фонари и осветил весь город. Джон накинул чёрную кожанку на футболку, взял камеру и пошёл бесцельно бродить по ночному центру Ванкувера. Люди расслаблено гуляли по улицам. Джон также чувствовал себя как никогда расслабленно. Он остановился у группы уличных музыкантов в парке, которые играли ритмичную мелодию на скрипках, контрабасах и барабанах. Джон просто наслаждался атмосферой так, словно он в раю. И даже забыл про свою камеру. Но вдруг он заметил знакомое лицо среди толпы, которое сразу притянуло всё его внимание. Беллами плавно передвигался на скейте возле музыкантов в одной белой хлопковой футболке, словно на улице все 25 градусов (Жаркий парень). Его лицо выражало только расслабленность и столько свободы. Он выглядел так непосредственно милым и притягательным. Джон сразу же достал камеру и стал делать множество снимков, с упоением ловля каждый отснятый кадр. Идеальный кадр. Беллами на фоне гуляющего города и музыкантов под искусственным золотым освещением. Ночной город — это однозначно стихия Блейка. В ней он выглядит ещё более очаровательно. Хотя Джон поймал себя на мысли, что никогда ещё не видел парня при свете дня. А хотелось бы?
Вдруг он видит через объектив, как Беллами наконец замечает своего тайного фотографа и плавно, но быстро приближается к нему на скейте. Джон берёт его лицо крупным планом, но тут же лишается камеры.
— Эй! — возмущается Джон, как только осознает, что Беллами выхватил его камеру из рук.
— Ты даже вместо приветствия фотографируешь людей? Не человек, а фото-производящий робот, — с улыбкой сказал Беллами и глянул в экран камеры. — Отличный кадр.
Джон молча протянул руку, чтобы получить камеру обратно. Блейк пожал его руку со словами:
— Вот так-то лучше. И тебе привет.
— Отдай камеру. — Джон вырвал свою руку.
Беллами никаким боком не задевал недружелюбный настрой Джона против него. Он вернул камеру и продолжил:
— Я, видимо, недостаточно хорошо извинился. Пошли в бар — я угощаю.
Парень засветился уверенной и чертовски обворожительной улыбкой, которой нельзя отказать. И Джон, не задумываясь, ответил: «Пошли», а лишь потом подумал: «Зачем? Зачем я согласился?». Вот как он это делает?
— Хочешь прокатиться? Если умеешь, — Беллами встал со скейта и пригласил Джона.
— Если это похоже на езду на роликах, то умею.
— Похоже. Только камеру лучше всё равно отдай мне.
Джон вернул камеру парню в целях её сохранности и встал на доску. Он чуть ли не потерял равновесие, но его руку поймал Беллами и удержал его на плаву. Они вместе двинулись вперёд. Прохожие странно косились на них, ведь они выглядели как сладкая парочка, держащаяся за руки. Но Беллами это явно не смущало. И у самого Джона не возникало желания вырывать свою руку из тёплой руки Блейка, тем более что она помогала ему не упасть. Но дело было не только в этом, ведь он подумал том, что хорошо бы было, если бар находится подальше и ему не придётся вскорости отпустить её.
***
В баре Беллами заказал пиво на двоих, и разговор зашёл сам собой. Беллами был лёгок в общении и как будто бы всегда находился в позитивном настроении. Он один из тех, кто быстро очаровывает и привязывает к себе. Подумав об этом, Джону стало не по себе от этой мысли. Ведь совсем недавно он видеть его не хотел, и мечтал забыть о его существовании, а теперь он пьёт с ним в баре и ведёт дружескую беседу.
— Ты чем-нибудь ещё занимаешься, помимо того, что домогаешься до прохожих? — поинтересовался Джон.
— Всем, чем только можно и нельзя, — отшутился парень.
— Со вторым я и не сомневался. Но можно конкретней? А то у меня просто удивительная фантазия.
— Я учусь в Vancouver Film School. Во время каникул преподаю сёрфинг в Австралии, откуда я, собственно, и приехал. В общем, в Ванкувере я только гость.
«Блять, » — подумал Джон, осознав, что институт парня находится в 20 минутах ходьбы от дома Мёрфи, а он столько времени изводил себя, не зная где найти этого парня. Он был чертовски близко всё это время. Насмешка судьбы.
— Ну друзьями, смотрю, быстро обзавёлся, — подметил Джон.
— Да, практически, сразу. Можешь судить по себе, как. Ты вот уже пьёшь со мной, — Беллами хитро улыбнулся и запил это дело пивом.
— Демонстрируешь, какой ты крутой парень?
— И целуюсь, наверное, круто, — с улыбкой сказал Беллами. И у Джона появилось желание плеснуть пиво ему в лицо.
— И какой самовлюблённый придурок, — продолжил Мёрфи.
Блейк рассмеялся, и Джон, глядя на него, не смог удержаться от улыбки. Наверное, это эффект от выпитого пива.
— Раз ты ищешь вдохновение — тебе нужно в Австралию, — начал Беллами. — Поверь, там есть, где разгуляться фотографу. Тебе понравится.
— Это приглашение к тебе домой? — с наигранным удивлением спросил Джон и приподнял бровь.
— Ты это так говоришь, будто это плохо. Но если отбросить то, как мы познакомились, то почему бы и нет? Я рад гостям. Летом будет сезон сёрфинга.
Джон подумал о том, что совсем не против бы был запечатлеть на фото как Беллами покоряет волну на доске.