— Не хочу вообще об этом говорить, — Блейк замолчал на минуту и всё же продолжил. — Был у меня лучший друг, который обвинил меня в том, что я сплю с его девушкой. Это было не так. Мы просто общались с ней, как и со всеми. Но выяснилось, что она ему что-то сказала обо мне такое, что вызвало в нём большие сомнения. Он не верил мне не в какую, а его девушка и не пыталась его в чём-то переубедить. Видимо их отношения и так шли ко дну, и она решила использовать меня в их разрыве, только потому, что я ей приглянулся. Люди бывают очень эгоистичны и жестоки. После такого она пришла ко мне, чтобы соблазнить.
— Ты переспал с ней?
— Нет, Джон, нет! Я потерял из-за неё дорогого мне человека.
— Так этот парень так и не поверил тебе?
— Мы с ним больше не виделись с тех пор. Он от меня скрылся. Это было очень тяжело для меня, — Беллами говорил об этом с горечью. Джону даже стало не по себе от такой открытости, не хотелось упустить момент, и он больше ничего не говорил. Блейк открыл ему сейчас какую-то другую свою сторону. За всё время их общения он не рассказывал ни о каких негативных моментах в своей жизни. Складывалось впечатление, что этот парень вообще не видел бед, и всегда был лёгок и жизнерадостен. Может поэтому некоторые люди считали, что у него нет души и можно не бояться навредить ему. У доброты есть явные минусы, как и у силы духа.
— Был случай, — продолжал Беллами, — когда отношения с моей хорошей подругой мы успешно испортили сексом. Секс был хорош, но вот отношения уже не те. Просто дружить после такого не получается. И знаешь, это совсем не круто, всем нравится. Это мешает мне быть кем-то ещё, кроме объекта чьих-то желаний. Но так, в общем-то, почти всю мою жизнь, пока не появился ты. Хорошо, что я тогда проиграл спор и встретил тебя. Мне правда очень повезло.
Беллами обнял парня, на этот раз даже более нежно, скорее всего, из-за того, что пьян. Джон, конечно, пылал бы от счастья, если бы не разговор до. Как оказалось, Блейку не нужно его признание, ему нужен друг, а не очередной обожатель. Как бы Джону не хотелось значить для него намного больше, он сделать этого не мог, чтобы Беллами не чувствовал себя в очередной раз красивой куклой, которую все хотят поставить у себя дома. Если Беллами нужен друг, то Джон будет ему другом, чтобы не случилось. И не важно, что Мёрфи такая роль мало устраивает, он не может подвести Беллами. Наверное, это зовётся любовью.
***
Нормально поспать у Джона так и не вышло. Они до утра валялись в одной кровати и разговаривали, пока алкогольное опьянение не взяло своё, и неугомонный Блейк всё-таки не уснул. Тогда Мёрфи мог спокойно рассматривать парня рядом с собой, пока тот беззаботно спал. Джон осторожно провёл по его руке, еле касаясь пальцами его кожи. После Джон не мог удержаться и не дотронуться до его волос, в последствии опустив руку на горячую шею парня. Прикасаться к нему так открыто было необычно и волнительно для Джона. Он впервые подумал о том, что хочет его. Действительно странно, но до этого момента парень наивно полагал, что его чувства более или менее платонические, хотя это было скорее самообман. А теперь желание было таким сильным, что его рука непроизвольно двинулась ниже по телу Беллами. К счастью, или к сожалению, он спал в одних плавках. Видимо его совсем не смутил тот факт, что он будет спать с парнем в одной кровати. Хотя Джон вообще сомневался, что парень знает, что такое смущение и как им пользоваться. Но сейчас ему это было только на руку. При чём и в буквальном смысле тоже. Джон медленно прошёлся по голому торсу рукой, опустив её до паха. Поначалу от трогал его аккуратно, и не думал, что через минуту, он заберётся под тонкую ткань и возьмёт его член в руку. Парень и сам себя выругал всеми матными словами за то, что делает. Но если бы кто-нибудь знал, что он чувствует сейчас, то не осмелился бы осуждать его за это.
========== Разбитый чайник, четыре чашки, незапланированное знакомство. ==========
В семь часов пришлось всё-таки подняться, чтобы пойти на учёбу. Беллами, естественно, сладко спал сном младенца. Джон же на утро чувствовал себя паршиво, будто бы это он вчера напился. В нём копошилось липкое мерзопакостное чувство грязи. Вернулось воспоминание о расставании с Эмори. И в тот грёбанный же день он облапал своего друга, после чего отлично подрочил. Ну просто выше всяких похвал! При чём, что пообещал себе быть ему другом — но если быть честным, то притворяться другом. И так, как Блейк не в курсе, то Джон ничего не испортил. Но от этого было не менее паршиво. Мёрфи чувствовал себя очень виноватым перед Беллами. Он же только вчера говорил Джону о том, как устал быть для людей объектом желаний. И что сделал «понимающий» Джон?! Что сделал его единственный «друг»?!
Парень вышел на кухню. На ней, как всегда, раньше его, уже собрались ребята. Джаспер нарезал ветчину на бутерброды, а Монти рылся в кухонном гарнитуре.
— О, доброго утречка, — сказал Джаспер, увидев Джона, который не был похож на человека, чьё утро доброе. — Как спалось?
— Так себе.