Возможно, для какой-то обычной войны эти тезисы будут верны, но не в нашем случае. Я уже успел проанализировать разведданные и могу с уверенностью сказать, что все идет по плану. Примерно так и задумывалось, пусть и с некоторыми оговорками.
Лично я думаю, что Китаю потребуется всего три крупных сражения, не больше. Лучше, если всё решится одним сражением и дальше враги просто сдадутся, ведь я не хочу растягивать этот процесс. Мне и времени жалко, и китайцев. Эта страна должна остаться такой же сильной, а фабрики не должны пострадать. Да и убыли населения допускать тоже не хотелось бы.
Мне нужен ровно тот же Китай, что существует сейчас. Просто с нормальным правительством, с которым можно договориться и заключить взаимовыгодные контракты. Я что, много прошу?
Собственно, именно поэтому после визита в Болгарию я вернулся на поле боя, где уже начался первый этап массового сражения севера с югом.
Можно было бы лично вступить в схватку, призвать сюда лучшие соединения, нанести сокрушительный удар в самое сердце вражеского войска. Или призвать армию мертвых, обрушить всю его мощь на врага. Поселить в их сердцах страх и ужас, обратить в бегство.
Но нет, так будет неправильно. В таком случае все снова будут тыкать в новую императрицу пальцем, говорить, что это всё Булатов организовал. И тогда у противников Цань Лунь появится весомый аргумент, чтобы оспорить законность ее власти. То есть некоторые проблемы в будущем возможны, и этого лучше избежать.
Зато я могу помочь в другом. Кто-то мог забыть, но на самом деле я лекарь. И мало кто знает, что на самом деле основное призвание лекарей — это лечить людей.
Вот и я решил помочь медикам в полевом лазарете. А что? Ставить на ноги раненых тоже дорогого стоит. Вместо нескольких месяцев или лет тяжелого восстановления уходит всего пять минут, и боец уже готов снова возвращаться в бой. Правда, самим солдатам это не всегда нравится, но кто их будет спрашивать, верно?
— Мой бой окончен… Какой позор! Как же я хочу обратно, но не могу! — кричал сержант с несколькими пулевыми ранениями ног. — Теперь я не смогу вернуться и сразить врага! Какой же это позор! Как мне смыть его…
— Всё, можешь идти смывать, — толкнул я его в плечо.
— М? — не понял он. — Но я не могу, у меня раны…
— Где? — посмотрел на его исцеленные здоровые ноги. Даже плоскостопие убрал, чтобы он мог поскорее вернуться к сражению.
— Но мне всё равно болит! — возмутился сержант.
— Неправда…
— А я еще руку повредил, когда меня ранило! Это тоже серьезная травма!
— Иди уже, нет у тебя никаких ран, — вздохнул я. — Тебе выпал отличный шанс смыть с себя позор, как ты сам говоришь.
— Доктор! — шикнул он. — Ты зачем это сделал? — возмутился тот. — А ну верни обратно! Я же не просил!
— Иди уже, — махнул на него рукой.
У меня уже не было на него времени, так что просто кивнул своим гвардейцам, чтобы выбросили его из лазарета. А что он там дальше будет делать меня не интересует. Все-таки поток раненых не останавливался ни на секунду и приходилось прикладывать немало усилий, чтобы поспевать за врагом.
Противник ранит солдат, я их лечу и возвращаю, затем противник снова их ранит. Самые ретивые бойцы попадали на мой стол по три раза и все равно дальше рвались в бой. Надо бы им сказать, что рано или поздно силы у меня могут закончиться и тогда их некому будет спасать. Пусть хоть немного поберегут себя.
Зато за это время я понял специфику китайской армии. Людей тут, выражаясь цензурно, довольно много. Очень много. И раненых поэтому тоже хватает.
Но что такое много раненых, когда есть лекарь, способный создавать массовые заклинания? Количество неважно, надо просто правильно построить работу и разделить полевой лазарет на отдельные сегменты.
Собственно, чем мы с учениками сразу занялись. В приемное отделение отправился Роман. Он проводил сканирование каждого поступающего бойца и выписывал направление для транспортировки. Дальше раненых разносили по отделениям. У кого травма ноги — в одну палатку, где уже подготовлен специальный магический круг именно для таких ранений. Ученикам остается только правильно распределить дозированную энергию по каналам пациента, и он сразу же излечивается.
Больше всего проблем с проникающими ранениями брюшной полости, потому там я оставил сразу троих учеников. Дело это грязное, зачастую дурнопахнущее, и требует повышенного внимания.
А сам я остался в шатре с черепно-мозговыми травмами. Люблю ковыряться с нервишками, да и ученикам пока рановато таким заниматься. Там слишком легко допустить незначительную ошибку, которая впоследствии приведет к значительным проблемам.
Было интересно, попадалось немало сложных случаев, вплоть до частичной ампутации головы. Но, разумеется, никого не вынесли из этого шатра вперед ногами. Одна только проблема, раненые закончились слишком быстро и мне стало скучно.
Посидел, подождал… Сходил в другие отделения и там немного помог. Вот только ученики тоже без дела не сидели и потому у них тоже раненые закончились довольно быстро.
