В этот раз аннотация потерялась в недрах инвентаря гг и он не смог ее найти... Жорик ни при чем...
Ее рука шарила в моем животе с осуждающим видом. А я не мог даже пошевелиться и, по правде говоря, даже думать было трудно. Почему она живая? Я же ее похоронил… Почему так больно? Но не живот болит… Душа…
— Почему ты был таким ужасным внуком? — говорила бабушка, глядя на меня с осуждением, от которого боль в груди только нарастала. — Твое поведение и разочарование тобой убило меня.
— Ба… — слова застряли в моем горле.
— Не родись ты, и твои родители не ушли бы… Моя дочь не ушла бы… Она была бы рядом… Это не разбило бы сердце твоему деду… Ты еще посмел взять его фамилию себе и исковеркать… Не такого внука я растила… не такого…
Одна слеза упала из моего правого глаза.
Я видел, как десятки системных сообщений приходили ко мне, но читать их не было сил. Вообще, не было сил и никакого желания, меня вдруг заполонила полная апатия. В голове звучала только одна мысль... Я подвел ее…
Подвел… Она… Все это из-за меня… Я не успел стать человеком… Только система смогла меня исправить… И теперь все…
— Почему ты и здесь расстраиваешь меня? Не можешь взять и просто умереть! Без тебе мне будет лучше! Я не буду страдать! — перешла на крик бабушка.
Она так редко кричала... Всегда добрая и рассудительная… А я…
Одним за другим она наносила мне удары. Я понимал, что это неправильно… Не должно так быть, но в моей голове что-то щелкнуло или умерло… Что-то важное… Если не умерло, то почти… А в глазах уже темнело...
Я умирал… Как она того и хотела…
— Наконец-то ты решил хоть чем-то порадовать меня... — улыбнулась она так по-доброму, что и мне захотелось улыбнуться ей в ответ.
Но умирать мое тело еще не было готово, и бабуля переместилась с моего живота на остальное тело. Я получал удары по всему, куда могли только дотянуться ее хрупкие и тонкие руки. От удара в щеку кулаком я отлетел метров на пять и прополол своим телом арену. А затем я лишился почки… мне ее отбили…
Почему я так спокоен, раз умираю? Что со мной не так? Что?
— ИГО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-Р-Ь!!!!! — разнесся над ареной просто невероятной силы крик, явно усиленный магией.
Знакомый голос… Это кричит Полина, точно… Она… Зачем кричать так громко?
Открыл глаза... моя голова как раз была повернута в ту сторону. Первое, что мне бросилось в глаза — это девушки. Они плачут… Почему вы плачете? Я вам тоже что-то сделал? Как и бабуле… Наверное, от меня слишком много проблем в этом мире.
Мире…
Хм… А что это за магические круги рядом с девушками? И Император тоже там стоит. Присцилла тоже вся в слезах.
— ЭТО НЕ ОНА! Этхрг… ОБАНГРХРХХХ... — помехи, какие-то слова полностью не долетают. Откуда... интересно, если нет барьеров и прочего всего... — ВСПОМНИ, ЧТО ТЫ ВАРГ! ВСПОМНИ, ЧТО ТЫ НАМ ОБЕЩАЛ!
Обещал я? Что я мог обещать…
***
— Как это случилось? — подбежала взволнованная Полина к Варгу.
— Мелочь, — отмахнулся он от раненой руки. — Всего лишь зомби-стрелок попал удачно. На мне заживет до утра, ты же знаешь.
Она знала, но это не мешало ей волноваться и не спать по ночам. Она очень боялась потерять его. Наверное, это можно назвать любовью.
— Игорь, может не стоит так постоянно рисковать? Ты мне нужен живым! — на ее глазах выступили слезы, и она уткнулась ему в грудь.
На ее громкий голос вышла Катя. Такая же самая ситуация повторилась и с ней.
— Ну все, хватит здесь сырость разводить. Обещаю вам, что я никогда не умру, — попытался успокоить их, не переставая обнимать. — Пока у меня такая интересная жизнь, я не позволю ее забрать.
— Точно обещаешь? — подняла голову заплаканная Полина, а за ней и Катя.
— Обещаю! — улыбнулся Варг, и погладил их по волосам.
***
Точно... обещание… Я же обещал… Почему же тогда я сдался? Когда я, млять, раньше сдавался? Что со мной не так? Бабуля… Но ведь она…
Она учила меня не сдаваться! И всегда выполнять свои обещания!
Едва заметная ярость проснулась в моей груди. Пусть это была всего лишь спичка, по ощущениям, но из каждой маленькой спички может выйти отличный костер. Так произошло и в этот раз. Она дала свой толчок, такой сейчас мне нужный.
Что со мной не так? Это точно я? Я заставил своих девушек плакать. Чего стоят тогда все мои понты и высокомерие, если я лежу здесь полумертвым перед неизвестными мне людьми, и даже не могу пошевелиться.
Ярость… Злость… Глухая, но она есть…
Я смог повернуть голову в другую сторону и увидел, как моя бабуля ходит по кругу возле трибун и что-то там говорит. Вот только этот голос... совсем не ее…
И она не моя… Я уже понимаю это… Но голова… Слишком большой шок я поймал сперва…
Постепенно, каплей за каплей, голова возвращала себе основную функцию, а именно, думать.
ЯРОСТЬ! ВОТ, ЧТО Я СЕЙЧАС ОЩУЩАЮ!
А ЕЩЕ Я ВИЖУ СИСТЕМНЫЕ СООБЩЕНИЯ И ОЧЕНЬ ЗОЛ!
***
— Нам нужно как-то ему помочь! Он почти умер! — в панике билась Полина.
