— Ничто не заставляет джентльмена ретироваться быстрее, нежели вспышка гнева. Правда, вам следует остерегаться прослыть несдержанной — это плохо скажется на ваших успехах. А вот вести себя грубо и дурно по отношению к тете в присутствии посторонних… Право, Тиффани, не думала, что вы такая глупая гусыня! Что будет с вами, если вы отпугнете всех своих поклонников?
— Я н-не… Я не с-смогу! — запинаясь, пролепетала Тиффани.
— Это не столь уж невозможная вещь, как вам представляется, — заверила компаньонка. — Вы уже добились желаемого с лордом Линдетом, и, если не ошибаюсь, больше мы не увидим в Стаплсе Артура Миклби. Ваша тетя сообщила мне, что вы весьма пренебрежительно отозвались о его сестрах. Как это глупо, Тиффани, и как дурно вас характеризует! Как вы могли позволить себе подобное?
— А что тут такого? Я только сказала, что они корчат из себя невесть что, да так оно и есть. И вообще, до Артура Миклби мне нет никакого дела ни за так ни за пятак! А Линдета я не прогоняла! Даже не думала! Он просто ревнует, что его кузен учит меня править лошадьми. Стоит мне только улыбнуться ему… Почему вы так смотрите на меня? А я говорю вам…
— Только попусту потратите слова, — прервала ее мисс Трент. — И не смотрите на меня таким пылающим взглядом! Когда ваша тетя Бафорд нанимала меня к вам в компаньонки, она особенно напирала на то, чтобы я учила вас, как себя вести, чтобы быть принятой в обществе. И если я не скажу вам, что ваше поведение в последнее время вызывает отвращение окружающих, то это будет прямое невыполнение моих служебных обязанностей.
— Отвращение? Ко мне? О нет, это неправда! — Тиффани поперхнулась, побледнев от ярости.
— Если вы отвлечетесь от созерцания собственной красоты и позволите себе такую роскошь, как здраво поразмышлять, хотя бы несколько секунд, то, несомненно, поймете, что это чистая правда, — ответила мисс Трент. — Раньше, когда вы себя еще не возомнили наливным яблочком без малейшей червоточинки, вы сдерживались от вспышек необузданного гнева хотя бы в присутствии посторонних, но в последние недели набрались такого чванства, что пустились во все тяжкие, воображая, будто всеобщее восхищение вам обеспечено и никуда от вас не денется. Ну, так вот — это самая большая ваша ошибка! И это именно то, что я была обязана вам сказать, чтобы предостеречь: вы ступили на зыбкий путь! А теперь моя совесть чиста.
Затем Анкилла открыла книгу и, казалось, так погрузилась в чтение, что не услышала ни словечка из яростной тирады, которая на нее тут же обрушилась. Тиффани, хлопнув дверью, выбежала из комнаты. Однако к обеду она спустилась уже сменив гнев на милость и пребывала в таком тишайшем настроении, снизойдя до участия к Шарлотте и вежливой беседы с теткой, что мисс Трент была вправе предположить — ее слова не пропали даром. Но по отношению лично к ней Тиффани держалась подчеркнуто холодно. Не изменила своего поведения и на следующее утро, сухо отклонив предложение Анкиллы вместе погулять. Поэтому мисс Трент, ничуть не смутившись, предоставила ее самой себе или, как она подозревала, заботам мистера Калвера и воспользовалась предоставившейся возможностью, чтобы посетить с визитом миссис Чартли, отнести ей рецепт приготовления грибов. Шарлотта закапризничала и не пошла вместе с ней. Тогда она отправилась в городок одна, заехала на почту, откуда отправила посылку, и наконец прибыла в экипаже на конюшенный двор при доме пастора.
Миссис Чартли встретила ее, как обычно, с радушием, поблагодарила за рецепт, осведомилась о Шарлотте, а когда Анкилла собралась уже уезжать, попросила задержаться еще на несколько минут.
— Очень рада видеть вас, мисс Трент, — улыбнулась она. — И надеюсь, вы не откажетесь ответить на один вопрос, не дающий мне покоя, вернее, на вопрос, который может показаться вам странным. Но я знаю, что могу положиться на ваше благоразумие.
— Можете располагать мною, мэм.
Миссис Чартли смешалась:
— Спасибо. Но если это не так… мисс Трент, то я окажусь в затруднительном положении. Рискну предположить, вы уже в курсе, что лорд Линдет оказывает особые знаки внимания Пэтинс?
— Нет, для меня это новость. Как вы знаете, я сейчас постоянно нахожусь с Шарлоттой. Но вовсе не удивлена. Ему она всегда нравилась, и я частенько задумывалась, что он и мисс Чартли словно созданы друг для друга. Надеюсь, это не вызывает у вас неприязнь? Я испытываю глубокое уважение к лорду Линдету и думаю, он вполне достоин мисс Чартли.
— Нет, нет, я вовсе не против! — поторопилась заверить ее хозяйка. — Хотя должна признаться, меня несколько смущает его поведение. По-моему, совсем недавно он был безумно влюблен в Тиффани, а это указывает на его непостоянство, которое я не могу одобрить.