Идеальный программист. Как стать профессионалом разработки ПО полностью

3. Ваш код должен хорошо вписываться в существующую систему. Он не должен приводить к повышению ее жесткости, непрочности или непрозрачности. Вы должны хорошо организовать управление зависимостями. Короче говоря, ваш код должен соответствовать принципам качественного проектирования.[14]

4. Ваш код должен нормально читаться другими программистами. Проблема не сводится к написанию понятных комментариев. Скорее, вы должны строить код таким образом, чтобы в его структуре проявлялись ваши намерения. Сделать это непросто. Вполне возможно, что это самый сложный навык, которым должен овладеть программист.

Жонглировать всеми этими аспектами нелегко. Поддерживать необходимую концентрацию и внимание на протяжении длительного времени трудно хотя бы на физиологическом уровне. Добавьте к этому проблемы и раздражители, связанные с работой в группе и организации, а также заботы повседневной жизни. Как видите, отвлекающих факторов более чем достаточно.

Если вы не можете в достаточной степени сосредоточиться на своей работе, у вас получится плохой код. В нем будет много ошибок. Он будет иметь неверную структуру. Он получится запутанным и непрозрачным. Он не будет соответствовать истинным потребностям заказчика. Короче говоря, код придется перерабатывать или писать заново. Работа без сосредоточенности – напрасная трата времени.

Если вы устали или не можете сосредоточиться – не пишите код. Все равно написанное придется переделывать. Лучше подумайте, как устранить отвлекающие факторы и обрести душевное равновесие.

Худший код, созданный мной, был написан в 3 часа ночи. Это было в 1988 году, когда я работал в телекоммуникационной начинающей фирме Clear Communications. Мы проводили долгие часы за «трудовыми подвигами» – конечно, мечтая со временем разбогатеть.

Однажды очень поздним вечером (а вернее, очень ранним утром) для решения проблемы синхронизации я организовал отправку моим кодом сообщения самому себе через систему диспетчеризации событий (мы называли это «отправить почту»). Решение было неверным, но в 3 часа ночи оно казалось чертовски привлекательным. В самом деле, после 18 часов непрерывного программирования (не говоря уже о 60–70-часовой рабочей неделе) мне ничего другого в голову уже не приходило.

Помню, я очень гордился своей многочасовой работой. Помню, я ощущал свою целеустремленность. Помню, мне казалось, что работать в 3 часа ночи – удел настоящего профессионала. Как же я ошибался!

Этот код, словно бумеранг, возвращался к нам снова и снова. Он породил ошибочную архитектуру, которую использовали все и недостатки которой постоянно приходилось маскировать обходными решениями. Код приводил к появлению странных ошибок синхронизации и необъяснимых циклов обратной связи. Одно сообщение приводило к отправке другого, потом третьего – и так до бесконечности. У нас вечно не было времени на то, чтобы переписать эту халтуру (нам так казалось), но у нас всегда хватало времени для наложения очередной «заплатки». Мусор накапливался, а мой ночной код обрастал все большими последствиями и побочными эффектами. Через много лет эта история превратилась в популярную шутку нашей группы. Когда я уставал или впадал в отчаяние, коллеги говорили: «Смотрите! Боб собирается отправить себе почту!»

Мораль: не пишите код, когда вы устали. Преданность делу и профессионализм проявляются в дисциплине, а не в продолжительности работы. Обязательно следите за сном, здоровьем и образом жизни, чтобы вы могли ежедневно посвятить работе восемь хороших часов.

Когда-нибудь пытались писать код после серьезной ссоры с женой или другом? Замечали, что у вас в мозгу запускается фоновый процесс, который пытается разрешить конфликт или по крайней мере припомнить его? Иногда давление этого фонового процесса ощущается в груди или где-то в животе. Вы ощущаете беспокойство, как если бы выпили слишком много кофе или диетической колы. И это отвлекает от работы.

Когда я беспокоюсь по поводу спора с женой, разногласий с заказчиком или болезни ребенка, я не могу сконцентрироваться на своей работе. Я ловлю себя на том, что глазею на экран, держа руки на клавиатуре, – и ничего не делаю. Кататония. Паралич. Я нахожусь за миллион миль от рабочего места, размышляя над своей фоновой проблемой, – вместо того чтобы заниматься своим прямым делом.

Иногда мне удается заставить себя думать о коде. Я принуждаю себя написать одну-две строки. Усилием воли добиваюсь прохождения одного-двух тестов. Но я не могу продолжить в том же духе. Неизбежно я снова прихожу в состояние оцепенелой бесчувственности, ничего не видя открытыми глазами, переживая свои фоновые неприятности.

Я узнал, что писать код в такие моменты бесполезно. Код, который я напишу, можно сразу отправлять в мусор. Вместо того чтобы работать над кодом, я должен сначала разобраться со своими проблемами.