Идеальный (СИ) полностью

Он знал, что ему скажут. Знал. Но готов не был. И поэтому, когда прозвучало слово «рак» перед глазами все поплыло. Именно в этот момент зрение стало будто черно-белым. А врач все говорил... Словно хотел добить этим страшными словами.

– Злокачественная опухоль... максимум год...

Предложения поступают в сознание урывками. Пронизанный болезнью мозг, словно нарочно вычленяет самое страшное...

Но сил хватает, даже на то, чтобы нервно улыбнуться и не потерять сознание прямо здесь. Том дрожащими онемевшими пальцами вытирает из-под носа тонкую струйку крови и говорит:

– Понятно.

Словно выслушал надоедливого рекламного агента.

А других слов просто нет.

«За что»? «Почему я»? «Неужели это нельзя вылечить»?

Все это чушь. И поэтому Хиддлстон просто еще раз кивает на слова врача о том, что ему жаль и сухо интересуется о дальнейшем распорядке своей жизни.

Выслушивает рекомендации, получает длинный список препаратов, которые должен принимать...

– Думаю, через некоторое время все это перестанет действовать, – человек в белом халате смотрит равнодушно, словно с к в о з ь... И Том не винит его. Скольким людям на этой неделе он говорил подобное?

– Вам нужен будет присмотр, Том. А так как у вас никого, я мог бы предложить стационар здесь. Подумайте над этим. Я не настаиваю, но...

– Я согласен, – Том невежливо перебивает врача, – мне здесь нравится.

Еще несколько малозначащих фраз, дата следующей консультации, рукопожатие и хлопок двери.

Том медленно идет по серому коридору, глупо разглядывая серых людей. Мыслей нет, они словно искрошились в серый прах, который развеял сухой ветер.

Что теперь может иметь значение?

___________________________________________________________________

Последняя глава такого характера. Просто захотелось получше раскрыть персонажей. Да и все это довольно важно, перед лицом последующих событий.

Глава 9. «Посетитель».

В жизни иногда случается так, что наступает момент, когда ты уже не в силах не то что проанализировать – понять происходящее. Вместить в себя то, что творится вокруг. Но это еще полбеды. Самое жуткое, что никто не замечает кошмара, в котором ты тонешь. Не видит и не хочет увидеть. Просто... не чувствует.

В общем-то, теперь Крис прекрасно понимал, что чувствовал Том, выходя на сцену в своем вопиюще элегантном костюме.

Им было плевать. Всем. Они видели не Тома. Они видели костюм с флейтой. И теперь... Хемсворту казалось, что он попал в чей-то дурной сон.

Видения, что приходили, заставляя вспоминать раз за разом ту нелепо-прекрасную ночь, сменились чем-то невообразимо жутким. Неподдающимся объяснению.

Крис словно проживал чужую жизнь. День за днем. Правильней будет сказать «ночь за ночью»... Но кого теперь волнует правильность? Кого она может волновать, когда теряешь счет времени, изгибаясь от боли то на больничной кровати, то на металлическом столе под сводами какого-то мрачного зала?

А потом звенит будильник, вырывая из пучины кошмаров и боли. И ты должен как ни в чем не бывало умыться, одеться, завести свою машину и с улыбкой на лице явиться в офис, разгребать никому - к черту - ненужную работу... Раньше все было иначе. Но... это было раньше. А теперь... теперь «не раньше».

Крис смеется своему каламбуру, пытаясь хоть как-то разнообразить свои мысли. Но выходит довольно жалко, и Хемсворт бросает затею. Все равно сегодня его ждет очередная порция виски и новый кошмар. Чужой кошмар.

Или... не чужой?