Манерно отставив мизинец, Бэкхён собрал внезапный урожай чужого нижнего белья, умышленно возложил сверху труселя с надписью и злокозненно покосился на потолок. Сверху трубно продудели в задницу очередному слону. Это стало последней каплей.
========== - 1 - ==========
Идеальный Топ
Бэкхён заподозрил неладное, когда мимо пронесли футляр с трубой, но понадеялся, что новые жильцы заезжают повыше и потревожить священный покой Бэкхёна не смогут ничем и никак.
Как же! В семь вечера над головой у Бэкхёна проревело так, словно кто-то дунул в задницу слону. Бэкхён мгновенно понял: вот оно — его личное чистилище.
Уронив голову на клавиатуру, Бэкхён с тоской смотрел на два слова, выведенных жирным шрифтом. “Идеальный топ”.
Над головой снова раздался долгий трубный звук, стойко напоминавший о слоновьих задницах. Низкий, тоскливый и абсолютно негармоничный. Как издёвка.
Идеальный топ.
Пфру-у-у…
Идеальный…
Фру-у-о…
— Чтоб тебя! — Бэкхён покосился на потолок со жгучей ненавистью. Статья не шла и даже не шкандыбала, а новосёл издевался. Над барабанными перепонками — в том числе.
Ква-ак!
Новый звук вышел пронзительным и неприятным, как наждачкой по стеклу.
Бэкхён раздражённо встал из-за стола, в сердцах закрыл ноутбук и со злостью отпнул ни в чём не повинную домашнюю обувку. Тапочки “пушистые котики” разлетелись в две стороны. Один котик мягким дротиком вонзился аккурат между книгами на полке, второй же красиво срикошетил о распахнутую балконную дверь и пропал за перилами. Короче, ушёл за линию местного горизонта. Хорошо бы, по голове кому-нибудь прилетел. Потому что Бэкхён прямо сейчас не был ни пушистым, ни котиком, а грозно рычал в пустоту.
Бэкхён в бессилии запрокинул голову и подбил баланс:
— Твою мать.
“Пфру-у-у…” — согласно загудели наверху противным басом.
— В жопу себе погуди! — звонко рявкнул Бэкхён в надежде, что подсказка достигнет ушей адресата.
Он постоял две минуты на месте, но сверху не доносилось больше ни звука. Бэкхён почесал затылок, забрался на диван, перерыл все подушки, но нашёл рабочий блокнот и душевно покусанный любимый карандаш. С блокнотом и карандашом Бэкхён перебрался в ванную.
Строить планы и козни Бэкхён предпочитал именно так — по-царски полулёжа в ванне, в тёплой воде, окутанный изысканными ароматами эфирных масел.
Бэкхён разделся, пустил воду нужной температуры и удобно улёгся, выставив перед собой руку с блокнотом. Попытка составить план статьи номер девять. Восемь страниц он уже выдрал и выбросил.
Бэкхён сосредоточенно лизнул грифель на кончике и принялся покусывать тупой конец карандаша. Чистая страница блокнота ни черта не вдохновляла. И вообще — Бэкхён не особенно рвался писать клятую статью, только кроме него писать её было некому.
Статья требовалась для специального журнала, который мог претендовать на известность в определённых кругах. Выпуски журнала читателям обходились недёшево, зато статьи в нём затрагивали интимные и запретные темы. Изначально журнал не выпускался в печатном виде, только в электронном, на эксклюзивных дисках. Именно тогда Бэкхён и начал писать статьи сначала на заказ, а после даже получил собственную колонку.
В своей колонке Бэкхён уделял основное внимание вопросам однополых отношений, но прямо сейчас он даже не знал, стоит затрагивать в статье исключительно тему однополых отношений или расшириться.
Когда ему дали задание на статью в связи с письмами читателей, посоветовали “остаться в своей нише”. Честно говоря, Бэкхён нигде не светился и писал статьи под псевдонимом, не скрывая собственную ориентацию. Разумеется, за этим последовали кривотолки. Часть читателей спокойно восприняла ориентацию ведущего колонки, а часть считала его девушкой и любила обсасывать детали в попытках прозреть сущее и получить стопроцентный ответ — девушка или парень. Ответ, который Бэкхён давать не намеревался.
Когда-то он начал писать статьи именно в надежде набраться смелости и не стесняться своих предпочтений, но реакция общественности эту надежду окончательно угробила. Хотя Бэкхён был к этому готов давным-давно — ещё с тех времён, когда разыгрывал многих парней, переодеваясь девушкой, дабы проучить особо неприятных типчиков. Женские тряпки Бэкхён не любил и тяги к ним не питал, но во времена бурного юношества не гнушался подкладывать таким образом жирных свиней неугодным. С возрастом стал умнее и мудрее — переключился на статьи.
В последний год Бэкхён был собой недоволен в творческом плане. Энтузиазм иссяк. Мало того, что отношение людей разочаровало, так ещё и на личном фронте стоял мёртвый штиль. Бэкхён уже всерьёз подумывал, что пора куда-нибудь деть розу, которая непонятно для кого цвела. Или уже просто подождать, когда лепестки сами опадут?
Тоскливо вздохнув, Бэкхён отложил блокнот и карандаш. Занялся помывкой и ополоснулся под душем. Хорошие мысли в голову не лезли всё равно, так чего понапрасну страдать?
Бэкхён вытерся и накинул на плечи атласный синий халатик. Короткий и дамский. Халатик Бэкхёну просто нравился — удобный и красивый. Он затянул тонкий пояс и прошлёпал босыми ступнями по полу — к гардеробу. Долго и придирчиво выбирал джинсы и рубашку, потом искал исправный диктофон и проверял бумажник.
