Эти слова внезапно возникли в голове Борна. Они были произнесены человеком, носившим очки в золотой оправе. В такой жестокости таился определенный смысл. Джейсон схватил правую руку человека и согнул пальцы назад, пока не раздался сухой треск, то же самое он проделал и со второй рукой. Все это время Борн блокировал рот убийцы своим локтем. Никаких звуков, перекрывающих шум дождя, не раздавалось. Теперь он был спокоен: рука убийцы не сможет использовать оружие. Весь отобранный арсенал он спрятал неподалеку.
Потом Джейсон встал и повернулся лицом к колоннам. Офицер из «Тредстоуна» освещал фонарем землю перед собой. Это был обычный сигнал. Мужчина повернулся к воротам и сделал непроизвольный шаг, как бы стараясь что-то там разглядеть. В этот момент Борн увидел трость в его руке. Офицер был хромой…
Джейсон вернулся к первой могиле, обошел ее и появился со стороны угла мавзолея. Человек из «Тредстоуна» все еще смотрел в сторону ворот. Борн взглянул на часы: двадцать семь минут второго. Время еще было. Тогда он направился в сторону от могилы, пригибаясь к земле, пока не покинул зону обзора, потом поднялся и побежал к вершине холма. Там он постоял некоторое время, приводя дыхание в порядок, затем достал коробок спичек и, защищаясь от дождя, зажег одну из них.
– «Тредстоун»? – произнес он достаточно громко, чтобы было слышно внизу.
– Дельта!
«Почему человек из „Тредстоуна“ использовал имя Дельта, а не Кейн? Ведь Дельта не был частью „Тредстоуна“, он исчез вместе с „Медузой“.»
Джейсон начал спускаться с холма. Холодный дождь ударял его по лицу. Рука Борна инстинктивно скользнула на пояс, прижимая пистолет. Он вышел на открытое пространство. Человек из «Тредстоуна» медленно захромал ему навстречу, потом остановился и поднял фонарь. Луч света заставил Борна отвернуть голову.
– Прошло много времени, – заговорил офицер, убирая свет. – Ты уже, наверное, забыл имя Конклин.
– Точно. Действительно забыл, но это лишь небольшая часть.
– Часть чего?
– Всего, что я забыл.
– Но ты, тем не менее, вспомнил это место. Я читал записки Эббота. Именно здесь вы встречались в последний раз. Это было на похоронах какого-то министра, не так ли?
– Не знаю. Это первое, о чем мы должны поговорить. Вы ничего обо мне не слышали в течение полугода, и этому есть объяснение.
– Да? Давайте его послушаем.
– Самый простой случай. Я был ранен, а ранение вызвало осложнения.
– Звучит неплохо. Как это следует понимать?
– Я потерял память. Абсолютно… Я провел более пяти месяцев на острове в Средиземном море к югу от Марселя, не зная, кто я и откуда пришел. Там есть врач, англичанин. Он вел записи и может подтвердить все, что я говорю. Его зовут Восборн.
– Уверен, что он все подтвердит. Ты ведь хорошо ему заплатил, так?
– На что вы намекаете?
– Ты перевел из швейцарского банка почти три миллиона швейцарских франков в Марсель по неустановленному переводу. Спасибо за то, что дал нам хоть имя.
– Это тоже часть того, что вы должны понять. Он спас мою жизнь и проводил меня с острова. Я был фактически трупом, когда меня к нему доставили.
– Поэтому ты решил, что плата из бюджета «Тредстоуна» вполне подходящая.
– Я уже сказал вам, что ничего не знал. «Тредстоуна» для меня не существовало.
– Да, ты потерял память. Как это называется?
– Амнезия… Иногда передо мной появляются отдельные картины прошлого, и я кое-что вспоминаю.
– Как ты узнал, что твое имя Джейсон Борн?
– Клерк в отеле назвал меня этим именем. Я еще не знал его, пока не попал в швейцарский банк.
– Но ты отлично знал, что там делать.
– Восборн проинструктировал меня на эту тему.
– Потом ты случайно встретил женщину, имеющую дело с финансами, случайно убил Чернака на Лювенштрассе и еще трех человек, которых мы не знаем. А здесь в Париже новое приключение, связанное с банком!
– Вы должны выслушать меня! Эти люди пытались меня убить. Они охотились за мной от самого Марселя! Я говорю чистую правду!
– И один из них Карлос, не так ли?
– Да, и вы знаете это! Но вы знаете больше, чем я! Вы знаете, кто запустил эту машину! Вы знаете, кто и зачем создал Кейна! А я все еще не знаю, кто вы такой!
– Ну, предположим… Монах.
– Да, да… Монах. Его звали Эббот.
– Очень хорошо… И Яхтсмен. Ты помнишь его и его жену?
– Имена… Да, имена были, но никаких лиц.
– Эллиот Стивенс?
– Нет, не знаю.
– Или… Гордон Вебб. – Конклин тихо произнес это имя.
– Что? – Борн вновь ощутил боль в груди. – Гордон… – Он закрыл глаза, пытаясь разогнать сгущающийся туман, а когда их открыл, то ничуть не удивился, увидев пистолет, направленный Конклином ему в голову.
– Я не знаю как, но ты сделал это. Ты был в Нью-Йорке и убил их всех! Я должен привезти тебя туда и усадить на электрический стул, но это не в моих силах, поэтому мне придется сделать то, что я обязан!
– Я не был в Нью-Йорке в течение последних шести месяцев. До того срока не знаю, но не сейчас!
– Ложь!!! Ты убил их всех, в том числе и своего родного брата. Давай поговорим об этом!
– Брата? Остановитесь! Ради бога, остановитесь! Я не Кейн и никогда им не был!
– Так ты знаешь и это?
