Мари отложила журнал в сторону и осведомилась:
– Что это за игра?
– Ты уже закончила? – Джейсон отвернулся от окна.
– Да.
– Я полагаю, что там был сделан целый ряд заявлений: теории, версии, соотношения.
– Соотношения?
– Если что-то происходит и здесь и там, то между этими событиями обычно начинают искать взаимные соотношения.
– Ты имеешь в виду взаимосвязи, – поправила его Мари.
– Хорошо, пусть будут взаимосвязи. Так вот, все это там есть, не правда ли?
– В той мере, как ты говоришь, да. Это не всегда верно с правовой точки зрения. Тут используется масса спекуляций, слухов и информация из вторых рук.
– Тем не менее, там есть и факты.
– Даты.
– Очень хорошо. Даты. Это очень здорово.
– Так что же это за игра? – повторила она.
– Она называется весьма просто – «ловушка».
– И кого же надо поймать?
– Меня. – Борн шевельнулся. – Я хочу, чтобы ты задавала мне вопросы. Обо всем, что прочла в этой статье. Любая фраза, название города, слухи, отдельные даты… все что угодно. И слушай мои ответы, мои «слепые» ответы.
– Дорогой мой, но ведь это ничего не доказывает.
– Делай так, как я сказал! – жестко выпалил он.
– Хорошо, – Мари взяла в руки издание «Таймс». – Бейрут… – начала она.
– Посольство, – произнес Борн. – Руководитель отдела Си-Ай-Эй представлен в качестве атташе. Убийство на улице. 300 тысяч долларов.
Мари посмотрела на него и начала снова:
– Я помню…
– Я не читал! – резко прервал ее Борн. – Продолжай!
Она отвела взгляд и вернулась к журналу.
– Баадера-Майнгоф.
– Штутгарт. Регенсбург. Мюнхен. Два убийства и похищение ребенка…
– Джейсон, что это значит?
– Продолжай, пожалуйста, продолжай.
– Имя «Санчес».
– Полное имя Ильич Рамирес Санчес. Он же Карлос.
– Почему Ильич?
Борн задумался.
– Не знаю.
– Это не испанское, а русское имя. Может быть, его мать была русской?
– Нет… да. Его мать. Возможно, что это так, но я не уверен.
– Новгород.
– Центр комплексного шпионажа. Подготовка по связи, шифрам и радиочастотным каналам. Санчес весьма образован.
– Джейсон, ты читал это! Ты прочитал здесь!
– Я не читал этого! Пожалуйста, продолжай.
Она уткнулась в журнал.
– Тегеран.
– Восемь убийств. Заказчики разные. Стоимость около двух миллионов долларов. Источник: Советский Северо-Западный центр.
– Париж, – быстро проговорила Мари.
– Все контракты должны были проходить через Париж.
– Какие контракты?
– Контракты… на убийства.
– Чьи убийства? Чьи контракты?
– Санчеса… Карлоса…
– Карлоса? Так ведь его убийства, его контракты не имеют к тебе никакого отношения.
– Контракты Карлоса, – изумленно произнес он, – не имеют со мной ничего общего…
– Ты только что сам это сказал. Ничего из этого не имеет к тебе никакого отношения.
– Нет, это не так! – неожиданно закричал Борн, вскакивая со стула. – Наши контракты, – более спокойно закончил он.
– Ты сам не понимаешь, что говоришь!
– Я все равно связан с этим невидимыми нитями! Поэтому я и приехал в Париж! – Он резко повернулся, подошел к окну и ухватился за раму. – Вот в чем и состоит игра. Теперь мы ищем не ложь, а правду, запомни! Либо мы найдем ее сами, либо игра все равно обнаружит ее.
– Но это неправильный эксперимент! Ведь всё, напечатанное в «Таймс», перепечатывают почти все газеты мира. Ты мог где-нибудь прочесть о его «подвигах».
– Факт состоит в том, что я помню всё это.
– Отнюдь не все и только поверхностно. Ты не знаешь ни происхождения Санчеса, ни того, что его отец был адвокатом в Венесуэле. Ты ничего не сказал и о кубинцах. Если бы ты знал что-то еще, то это привело бы к еще более резким спекулятивным заявлениям, наподобие написанных здесь. Но ты ничего подобного сейчас не сказал!
– Что ты имеешь в виду?
– Даллас… ноябрь 1963 года.
– Кеннеди! – воскликнул Борн.
– Что это значит? Почему Кеннеди?
– То, что там случилось, – Джейсон задумался.
– Ты наверняка уже слышал или прочитал где-либо о той трагедии. Я уже который раз говорю тебе об этом. Останови поток необузданных подозрений! Что ты мне хочешь доказать? Что ты – Карлос?
– Бог мой, конечно, нет. Карлос хочет убить меня, и, кроме того, я не знаю русского языка. В этом я уверен.
– Тогда в чем же дело?
– А может быть, я один из его окружения! Может быть, это преследование просто результат моего предательства?! Может, я украл деньги, полученные за контракты там, в Цюрихе?! Как еще можно все это объяснить? – Он резко остановился, уставившись куда-то в стену над кроватью и почти ничего не видя перед собой. – И почему я так боюсь этого имени?! Почему я никогда раньше не упоминал его?!
Несколько минут прошло в тишине.
– Ты неправ. Если бы все это было так, то почему, получив деньги в Цюрихе, ты все равно направился в Париж? Ты мог бы все там забрать и сбежать! Но ты не сделал этого! Ты вернулся именно туда, где находится берлога этого чудовища. Это не поступок человека, который совершил преступление и в страхе спасается бегством.
– Я приехал в Париж, чтобы узнать правду. – Джейсон подошел к бару и наполнил стакан. – Есть и еще кое-что… «Тредстоун», – продолжил он, как бы защищаясь.
