— Однако, люди встречались с ним и даже разговаривали. Ваши источники, информаторы, наконец, этот человек в Цюрихе. Никто из них не выступит открыто с разоблачениями, но ведь вы же допрашивали их, у вас же должен находиться хоть какой-то материал.
— У нас много разных материалов, но что касается описания его внешности, то тут мы постоянно наталкивались на трудности: он всегда встречался с ними ночью, в темных аллеях или в затемненных комнатах. Если он и встречался когда-либо более чем с одним человеком, то мы такого случая не знаем. Все опрошенные сообщили, что при встречах он обычно сидел — или в темном дымном ресторане, или в стоящем в укромном местечке автомобиле. Иногда он носил большие очки, иногда — нет. На одной из встреч у него были темные волосы, на другой — светлые или рыжие. Иногда он надевал шляпу.
— А язык?
— Здесь мы имеем значительно больше информации и определений, проговорил представитель ЦРУ, стараясь представить достижения своего ведомства перед сидящими за столом. — Он бегло говорит по-английски, по-французски и, кроме того, использует несколько восточных диалектов. — Диалектов? Каких диалектов? Разве не должен быть сначала определен язык?
— Да, конечно, корень у них вьетнамский.
— Вьетнамский? — Уолтерс подался вперед.
— Да, по крайней мере, мы знаем, откуда он мог появиться, — сказал Джиллет, быстро и странно взглянув на Эббота.
— Откуда?
— Из Юго-Восточной Азии, — ответил Маннинг и в его голосе ощущалось напряжение. — Насколько мы можем сделать вывод, он владеет местными диалектами настолько, что может свободно объясняться не только в приграничных районах Камбоджи и в Лаосе, но даже и в Северном Вьетнаме. Мы сравнили даты, они подходят.
— Подходят к чему?
— К операции «Медуза», — полковник отодвинул от себя бумаги и придвинул к себе большой пакет. Открыв его, он достал оттуда папку и положил ее перед собой. — Здесь досье Кейна, — сообщил он, кинув на открытый пакет. — Тут собраны материалы по «Медузе» в аспектах, касающихся Кейна.
Конгрессмен из Теннеси подался вперед, его губы скривились в сардонической ухмылке.
— Джентльмены не убивайте меня все новыми и новыми звучными названиями. Все это весьма красиво, но в то же время и зловеще. Я понимаю, что вы свободно ориентируетесь в таких вещах и легко держите курс. Продолжайте, полковник. Что такое «Медуза»?
Маннинг быстро взглянул на Эббота и заговорил:
— Это относится к концепции подрывных операций в тылу врага в период Вьетнамской войны. В конце шестидесятых и в начале семидесятых годов были сформированы отряды из американских, французских, английских, австралийских и местных добровольцев, которые должны были действовать за линией фронта. Их основная задача состояла в том, чтобы разрушать линии связи и энергетические центры, определять точные координаты лагерей пленных, уничтожать всех, кто сотрудничал с коммунистами.
— Это была война внутри войны, — бросил Ноултон. — К сожалению, расовые проявления и трудности с языком создавали определенные трудности, гораздо большие, чем в период второй мировой войны среди сил сопротивления, действовавших в Европе. Кроме того, отбор участников, особенно европейцев, не проводился достаточно тщательно.
— Были сформированы десятки таких отрядов, — продолжал полковник, среди которых имелись французские плантаторы, для которых единственным шансом возвращения состояния была победа американцев, беженцы из Англии и Австралии, которые прожили в Индокитае по нескольку лет, кроме того, были разного рода криминальные элементы, в основном контрабандисты, которые промышляли торговлей оружием, наркотиками, золотом и бриллиантами на всем побережье Южно-Китайского моря.
— Довольно пестрая компания, — прервал его конгрессмен. — Как, черт побери, вам удалось заставить их работать вместе?
— Каждого в соответствии с его жадностью, — заметил Джиллет.
