Сейчас не модно говорить об идеологии. Однако, чем дольше не говорить об идеологии или всячески ее критиковать, тем неожиданнее и революционнее она себя проявит. Может быть, стоит попытаться понять, что значит идеология для конкретного человека, как она для него формируется и кто управляет – человек своей идеологией или она им?Трудно сказать, кем в этом случае становится человек – пассивной жертвой или активным создателем собственного «я», субъектом или объектом идеологии, ее исполнителем или сознательным деятелем, воплощающим самого себя.
Нынче трудно говорить об идеологии. И куда труднее утверждать ее необходимость. Значительно проще разоблачать, развенчивать и бороться против всякой идеологии, стыдливо умалчивая, что и это тоже идеология.
Ничто не может оправдать подобную политическую моду. То, что большинство «объелось» идеологией, то, что оно устало от нее, лишь отчасти объясняет избранный элитой курс на изъятие из сознания этого большинства какой-либо идеологии. Однако в попытке найти новые и наиболее эффективные приемы управления большинством элита, в конечном итоге, натолкнется на неожиданное для нее самой идеологическое сопротивление большинства, сопротивление, к которому элита не будет готова и которое непременно приведет к смене этой самой элиты.
С рождения каждый погружается в мир предлагаемых идей. Это невозможно избежать. Когда-то эти идеи могут стать собственностью субъекта, который лишь иногда задумывается: что же такое
Надо признать – все мы «плаваем» в «идеологическом бульоне», который, якобы более научно, иногда называют
Впрочем, большинство уверено – все это никакая не идеология. А идеология это нечто такое, что «указует и направляет», регламентирует то, что хорошо, а что плохо, то, к чему следует стремиться, каким образом нужно оценивать происходящее и т.п. И потому всякая идеология воспринимается большинством как нечто внешнее, то, что выдвигается государством, партией, некой организацией или какими-то там философами в качестве объяснения и, одновременно, как программа действий. В результате такого «понимания», идеология восприниматься как то, что ограничивает так называемую личную свободу, реализацию желаний и неизбывное стремление к комфортному существованию.
Впрочем, большинство в очередной раз ошибается. Оно принимает предлагаемую совокупность, а при определенном развитии и систему, идей-представлений за идеологию. В то время, как это всего лишь одна из многих возможных идеологических моделей-концепций. И куда важнее всех этих идеологических концепций идеи самого субъекта, т.к. только они объясняют ему его существование, обосновывая-оправдывая и «сообщая» ему «смысл его жизни», в повседневности становясь добровольно-принудительными регуляторами его поведения, мышления и деятельности. Именно его собственные идеи-представления и являются подлинной идеологией.
Не считая себя носителем какой-то там идеологии, субъект в действительности пронизан ею, хотя все его идеи являются всего лишь представлениями, т.е. общими, порой не ясными, скорее мнениями о том, как и что надо делать, как относится к тому или иному явлению и т.п. Все это не имело бы никакого значения, если бы не одна важная деталь. Идея и идеология управляют субъектом даже тогда, когда и идеи, и идеология, и управление скрыты от него.
