– Зачем спускаться по веревке, когда по лестнице удобней? Мне его так жалко…
Адам застыл, глядя расширенными глазами на Диану. Та, почувствовав его взгляд, напряглась. Адам внезапно крикнул, обняв Диану, и девушка ухватилась за поручень.
– О боже, Диана!
– Ты меня скинешь!
Он вытащил ее на площадку, прижал к себе, приник ртом к ее губам. Она ответила на поцелуй, но, упершись руками ему в грудь, вынудила его прерваться.
– Объясни, в чем дело?
– Я понял, как нам спуститься вниз, чтобы Марк не заметил.
Диана смотрела на Адама, листавшего книгу. Рядом тихо дышали спящие Нина и Тамара. Закат вот-вот должен перейти в ночь, и Адам включил лапму-галогенку – изобретение отца Дианы, которое использовали в исключительных случаях.
Такая же лампа была и у Марка с Борисом – Грэг сделал лампы для каждой семьи.
– Тебе надо поспать, – сказала Диана.
– Лучше ты ложись. Мне еще нужно время. Ложись, разбужу.
Диана переместилась поближе к Нине, задержала взгляд на преграде, которая с каждой секундой растворялась в усиливающемся полумраке, и от этого возникало ощущение незащищенности.
– Если Марк нападет ночью?
Адам продолжал листать книгу – он не слышал Диану. Она чуть повысила голос, повторила вопрос. Адам поднял голову.
– Вряд ли. Темнота ему мешает настолько же, насколько помогает. Смысла нет. – Он улыбнулся. – Не волнуйся. Думаешь, он не устал?
– Он мог уже отоспаться. Ты же видишь, сколько он использует способов.
– Пока вариантов у нас нет – надо выждать, когда пройдет ночь. Завтра нас здесь уже не будет. Спи.
Диана не ложилась, глядя на Адама, который вновь погрузился в книгу.
– Ты уверен в том, что мы собрались делать?
– Что нам остается? Марк не оставит нас в покое. Мы должны… расстаться. Покинуть Башню. Иначе ничего не изменится.
– Ты так спокойно говоришь об этом. Покинуть Башню…
Адам, недовольный, отложил книгу.
– Спокойно? У меня сердце ноет при мысли, что я все это больше не увижу. Ты можешь предложить что-то другое?
Она опустила голову.
– И куда мы направимся?
– Сначала надо выбраться отсюда. Куда направиться, решим позже. Я буду пробовать разгадать надпись отца. Он что-то сказал нам, надо только понять что.
– И на чем мы отправимся? На лодке? Уверен, что Марк не уничтожил ее? Или перепрятал?
– Я знаю, где находится плот. Добротный, широкий плот.
– Первая буря зальет его.
– Диана, буря зальет все, что угодно, и лодку тоже, какой бы та ни была. Я же сказал, не забегай так далеко.
– Хорошо. Сначала выбраться. Мне кажется, кое-что ты все равно упустил.
– Что же?
– Нина.
– Что Нина?
– Я не представляю, как уговорить ее выбраться наружу. Она закатила истерику, когда мы были внизу, у самой воды. Ты хочешь, чтобы она спускалась по веревке с такой высоты?
– Диана! Я же сказал, что рассматриваю вариант не только спуска по наружной стене. Можно спуститься и внутри башни.
– Внутри?
– Лифтовые шахты.
Диана вздохнула.
– Велика разница… Думаешь, длины веревок хватит?
– Я посмотрю схемы Башни, их отец оставлял на всякий случай. Видишь, пригодились. Я только хочу разобраться со знаками. Где-то я что-то видел, но ты меня отвлекаешь.
– И еще… Оставишь в Башне Стефана? Если мы его не найдем?
Адам застыл. Этот вопрос казался неразрешимым в отличие от той же Нины. Если он не нашел Стефана до этого, откуда уверенность, что он найдет его завтра? Особенно если учесть, сколько им предстоит возни в связи с бегством!
– Я найду его, – голос Адама звучал не очень уверенно. – Я постараюсь.
Диана кивнула, улеглась, но глаза не закрыла – смотрела в потолок. Адам искоса наблюдал за ней.
– Где он может быть? – как нередко бывало, она не спрашивала и не утверждала, просто размышляла вслух. – Он где-то наверху. Хотя один знак оставил рядом с нами.
У Адама вырвался невнятный звук, Диана покосилась на него. Он полистал страницы, бормоча под нос. Она хотела спросить, в чем дело, но не рискнула перебивать – он что-то искал. Он был похож на человека, который спешит найти только что утерянную вещь, опасаясь, что ее уже подобрали.
Адам поднял голову, улыбнулся Диане. Его палец застыл на какой-то строке в энциклопедии.
– Ты – умница!
– Я? Поведай, почему это?
– Я-то думаю, что мне казалось знакомым… Вот, – он опустил взгляд в книгу. – Выражение, которое приписывают Гермесу Трисмегисту: что вверху, то и внизу. И это выражение тоже как-то связано со знаком.
Диана села, глядя на Адама.
– Прости, я не понимаю. Кто-то, наверное, Стефан, оставил два знака. Один высоко, другой – ниже, как только смог. Что это нам дает?
– Однажды ту же самую фразу сказал мне отец. И попросил запомнить. Что вверху, то и внизу. Нам надо спуститься вниз.
Борис шаркнул ногой, и Марк, обернувшись, едва не заорал на него. Он сдержался, обойдясь взглядом, переполненным злобой. Борис застыл с одной приподнятой ногой, пытаясь отвести взгляд и не в силах это сделать.
