Но Титов меня не слушал. Он засмотрелся на то, как парни и несколько взрослых мужчин по очереди прыгали с тарзанки воду, при этом весело выкрикивая что-то неразборчивое.
Я сняла накидку и легла впитывать лучший летний загар.
На небе ни облачка. Дует лёгкий ветерок, приятно охлаждающий кожу. Меня почти разморило. И я бы уснула, если бы не мужской крик во всю глотку, зовущий меня.
- Люба!
Я резко села и растерянно осмотрела пляж и реку.
По-любому этот идиот где-то тонет, а меня зовут, потому что видели, что я с ним пришла.
- Люба! – снова крикнул голос, и теперь я четко услышала в нем Титова.
Взгляд остановился на дереве, под которым с тарзанкой в руке стоял Титов. Второй он махал мне.
Удостоверившись, что я смотрю, он взялся за палку, привязанную веревкой к дереву, обеими руками и, разбежавшись, прыгнул с небольшого обрывчика. Несколько секунд полёта, и он оказался в воде, оставив после себе только брызги.
- Трусы всплыли! – крикнул кто-то из парней и рассмеялся с этого, наверное, весь берег.
Я начала волноваться за Титова. Не хотелось бы отчитываться перед его отцом, что от его сына остались только хэбэшные крайне сексуальные трусы в крупную клетку.
Следом за своими трусами всплыл и сам Титов.
От сердца отлегло.
- Дебил, - выдохнула я и завалился обратно на покрывало, чтобы отдаться солнцу.
Титов ещё долго бегал, прыгал и плавал.
Не знаю точно, но он будто забыл о том, что ему уже за тридцать, у него есть свой бизнес и говнистый характер.
Я слышала, что он уже успел с кем-то подружиться. Потому что имя «Саня» стало всё чаще звучать от местных.
«Саня, смотри, как надо»
«Саня, смотри, чё могу»
«Саня, тебе наливать?»
И вдруг Титов прилёг рядом со мной. мокрый и холодный после купания в реке, но зато в трусах и с куском арбуза.
- Будешь?
- Нет, спасибо.
Я немного отодвинулась от него, чтобы он перестал меня холодить.
- Слушай, я неплохо здесь, - хмыкнул он удовлетворенно.
- И ты узнал об этом только после тридцати?
- Раньше мама не разрешала, а потом я сам не хотел. Но батя часто звал в деревню. Хотел свой дом показать. Родственников, которые в деревне остались.
- Так, может, поедешь в деревню своего папы, а мою оставишь в покое?
- Нет уж, Любонька. Из этой деревни я уеду только вместе с тобой.
В ответ я лишь вздохнула и снова попыталась забыться под лучами солнца.
Всё-таки нужно было взять с собой книгу.
К нам кто-то подбежал.
Я открыла глаза и приподнялась на локтях, увидев Лёшку – местного парня лет шестнадцати.
- Пошли ещё попрыгаем? – позвал он Титова, как своего старого друга, будто не полчаса назад с ним познакомился.
- Если моя отпустит, - с лёгкой усмешкой Титов кивнул в мою сторону.
- Тётя Люба, можно Саня с нами ещё попрыгает? – обратился ко мне Лёшка.
Тётя?!
Я?!
То есть этот, в семейниках, просто Саня? А я тётя Люба?
- Пусть. Попрыгает.
Глава 13. Любовь
Примерно через час я начала чувствовать себя мамашей-наседкой, которая не умеет радоваться тому, что её дитя развлекается и отлично проводит время.
Мне чертовски хотелось позвать Титова домой.
Наверное, я ревновала, что ему там весело, он всем нравится, а я лежу в стороне, на камнях, и никто меня даже не замечает. А видят меня только в те моменты, когда Титов бросает на мою сторону редкий взгляд, будто желая удостовериться, что я никуда не слиняла под шумок.
И непонятно, кто кого сюда привел, вообще!
Меня, конечно, пару раз звали к себе, чтобы не скучала, ну, и приличия ради. Но я вежливо отказывалась. Дура. Кто же знал, что тот раз был последним и они обо мне забудут?
Пару раз поплавала, чтобы освежиться. Выходя из воды и поправляя бюстгальтер от купальника, ловила Титова с поличным – пялился. Делала вид, что мне плевать или я вовсе этого не замечаю.
Подростков на пляже стало уже заметно меньше. Наверное, проголодались и побежали домой, либо им просто надоело долго делать одно и то же. Но Титов всё ещё продолжал веселье, правда, теперь уже в компании местных мужчин. Они активно общались у мангала, потягивая пиво из стеклянных бутылок, и рассказывали друг другу о чем-то, демонстрируя длину размахом рук.
И если в женском разговоре так можно было бы обозначить член мечты, то в мужском, очевидно, речь шла о рыбе.
Я поняла, что больше загорать не могу, не хочу, да и солнце начало прятаться за периодически набегающие тучи.
А где-то рядом в звук легкой развеселой попсы, играющей из портативной колонки компании, в которую затесался Титов, вмешался стук басов и что-то похожее на грязный рэп криминальных улиц.
Я села и увидела, как к компании отдыхающих подъехал наглухо тонированный седан, а из него вышли парни. Шестеро.
И как они все поместились в эту плоскодонку?
И если Титов был гопником только с виду, то эти парни гопниками были по сути.
Спортивки, «рама» из плеч, походка вразвалочку, очки на затылке, острые кадыки на кривой шее, торчащие дальше носа … И, конечно же, соответствующий быдлячий говор.