Вернувшись в дом, придерживая на бёдрах полотенце, я сразу понял, что что-то не так. Наверное, всё дело в мужике, который вышел из кухни и преградил мне путь в прихожей.
Сердце учащенно забилось в груди. Я испугался за Любу и мгновенно накрутил в мыслях не самых радужный сценарий того, что с ней мог сделать этот тип. Ведь, когда я уходил, она была голой.
- Ты кто такой, твою мать? Люба где? – я угрожающе двинулся на него, но тот даже не испугался, всё продолжая хмуро и оценивающе на меня пялиться.
- Любка, а твой женишок всегда такой резвый или только без трусов?
- Ну, пап…
Глава 29. Любовь
Сумасшедший…
Улыбаясь дурочкой, я, наконец, взяла в руки тот кисель, в который я превратилась после только что пережитого оргазма, и надела футболку. Подняла с пола трусы и, подержав их в руке, решила, что мне нужен второй раунд.
Внизу живота так приятно тянуло, что расставаться с этим ощущением мне совсем не хотелось.
Но для начала – вода. Нужно попить, ибо от стонов и учащенного дыхания в глотке пересохло.
Из ведра ковшиком я щедро зачерпнула холодной колодезной воды. Вкусняшка. Накрыла ведро крышкой, положила поверх неё пустой перевёрнутый ковш. Прежде чем пойти к Саше в баню, что-то заставило меня посмотреть в окно.
И от увиденного дыбом встали даже депилированные волосы.
- Твою мать! – я начала спешно надевать трусы, едва не падая и понимая, что надеваю их неправильно, но на то, чтобы что-то исправить у меня не было времени. – Какого хрена?! Блин! Блин! Блин!
Я металась по кухне, стараясь уничтожить понятные только мне улики. Будто родители поймали меня с поличным.
Вернув таз с вареньем на плиту, я начала активно делать вид, что скучаю и варю варенье.
- Я же говорила, что пёстрой пахнет, - с улыбкой в голосе произнесла мама, первой зайдя в дом. – Люба! Какую красоту ты сделала! С ума сойти! Мы с отцом даже мимо сначала проехали – дом вообще не узнать! А внутри! Саш, ты посмотри какая красота! Да у нас в квартире не так современно, как здесь!
Мама восхищенно разглядывала стены, пол и потолок.
Менее восхищенно в дом зашёл папа, с дедовским кряхтением занося чемодан через порог.
- Привет, родная, - выдохнул он устало, когда поставил чемодан.
- Привет, пап, - улыбнулась я, стыдливо думая о том, что было бы неплохо надеть хоть какие-нибудь штаны, чтобы не стоять перед родителями в футболке, которая едва прикрывает зад. – А вы что не предупредили, что приедете?
- Чтобы ты не гоношила. У тебя и без нас тут дел хватает. Петька рассказал нам, какую ты тут деятельность развернула, - папа произнес это с неким порицанием. – А говорила, что просто небольшой ремонт сделаешь.
- В смысле?! – я удивленно вскинула брови. – А ничего, что я с тобой согласовывала каждый шаг? Ты даже цвет обшивки дома сам выбрал.
- Да я же думал, что это так… Помечтать, – папа негодующе оправдывался, а мама в это время ушла с экскурсией по дому. – Кто ж знал, что ты возьмёшь и всё сделаешь? Денег-то где столько взяла?
- Из накоплений своих.
- Давай чеки, мы с матерью всё возместим, - категорично произнес папа и стал возмущаться куда-то в пространство. – Придумала она! Столько бабла угрохать в старую развалину! Себе бы лучше что-нибудь купила.
- У меня всё есть, пап.
- Машины нет.
- Она мне пока и не нужна. Когда созрею, тогда и куплю.
- А ты что там делаешь-то? – папа с интересом посмотрел на плиту, где стоял таз, в котором я активно перемешивала ягоду.
- Варенье варю.
- Так ты бы хоть плиту включила, - папа посмотрел на меня, как на дурочку, а потом сощурил глаза, с подозрением вглядевшись в моё лицо. – Мне тут Петька сказал, что у тебя жених какой-то здесь ходит. Назвездел?
Я качнула головой и, раздраженно вздохнув, отвернулась к плите, которую включила.
- Частично, - бросила я, понимая, что папа всё ещё ждёт ответа, пока мама в ванной комнате восхищается санфаянсом.
- В смысле? Тут либо жених, либо нет. На полшишечки тут не получится.
- Пап… - выпалила я хмуро. – У нас с ним просто отношения. Некие. Я не хочу ни на кого вешать ярлыки, типа «жених» или «невеста». Мы просто… встречаемся, - я старательно подбирала слова, чтобы не ляпнуть, что с Титовым мы просто спим.
- Ну, и где твой этот… встречный, - едко спросил папа.
- В бане.
- Он ещё и баней дедовой пользуется? – фыркнул папа с осуждением, подойдя к плите, чтобы заглянуть в таз с вареньем. – В жёны мою дочку брать не хочет, а баньке дедовой парится?
- Пап, ну какие жёны? Двадцать первый век. Сейчас всё чуть-чуть по-другому происходит.
- А зря, - выдохнул папа. – Может, поколение ответственнее бы было. Не разменивалось…
- Тебя мама, что ли, покусала? – я хмуро посмотрела на него.
- Твоя мать только мозг мне ест, да плешь проедает.
- Ну, ей же нужно как-то развлекаться в ожидании внуков, - хихикнула я, игриво дёрнув бровями.
- Во-во! – закивал папа. – А я отдувайся. Могла бы пожалеть своего старика, да дать хоть одного внука.
- Будто это как чихнуть.
- Да знаю я, знаю, - махнул папа рукой и, отобрав у меня лопаточкой, попробовал варенье. – Ммм! Свеженькое! Сто лет не пробовал.