… Моя комната казалась райским углом по сравнению с местом, которому она принадлежала… Местом, в котором я работаю последние три года, носящим отвратительное название – бордель. Знаю, что вы подумали обо мне. Но нет. Не то, чтобы я пыталась оправдаться, но у меня здесь была особая миссия. Я должна была добывать информацию. Три года я безуспешно пыталась выбраться отсюда, и строила план. Но всё изменилось в тот день, когда главный ублюдок, что удерживал меня здесь, вдруг решил помочь мне сбежать. И лишь уходя, я осознала, что уже не могу без него. Но смогу ли я остаться с ним… до самого конца?
Я проснулась среди ночи от внезапного приступа страха. Его холодные пальцы намертво вцепились в мою шею. Я не могла дышать. Вокруг царили гробовые звуки тишины и кромешная тьма. Я наугад била пальцами по прикроватной тумбе в поисках источника света, и, наконец, нащупала настольную лампу. Она тускло осветила чулан, в котором я находилась. Дыхание постепенно вернулось ко мне, и я облегченно вздохнула. Или обреченно…
Комната, в которой я проснулась, на самом деле не была чуланом. Она, скорее, походила на небольшое складское помещение, в которые обычно ставят ведра и швабры, либо на крошечную больничную палату. Даже потолок был настолько низко, что я едва не задевала его головой. Моя комнатка находилась прямо под крышей, поэтому он был наискосок, что добавляло ей особой ущербности.
Но сама комната казалась райским углом по сравнению с местом, которому она принадлежала… Местом, в котором я работаю последние три года, носящим отвратительное название – бордель. Знаю, что вы подумали обо мне. Но нет. Не то, чтобы я пыталась оправдаться, но у меня здесь была особая миссия. Я должна была добывать информацию. Моего босса мало интересовало, каким путём я сделаю это, главной моей задачей было то, чтобы клиент не понял, для чего я была к нему направлена. Но я – профессионал. И за все три года ни одному клиенту так и не посчастливилось оказаться со мной в одной постели.
Главный вопрос, на который я должна вам ответить, так это то, как я оказалась здесь. На этот скользкий путь я встала еще десять лет назад, едва только закончила школу. Не знаю, как это получилось, видимо, я связалась не с теми людьми. Попала не в ту компанию. Мне посоветовали заняться шпионажем, и это начало приносить хорошие деньги. И вместо института я выбрала криминал.
Какое-то время меня обучали всем тонкостям этой работы. Я изучала психологию людей, типы личности, различные вещества, позволяющие сделать человека более разговорчивым. Знала все про амитал-кофеиновое растормаживание. Неприятная процедура, но действенная. Люди, с которыми я работала в начале, часто использовали подобные методы получения информации. Они называли это «сывороткой правды». Но на самом деле это одна из самых жестких пыток над разумом и сознанием человека. После таких допросов люди часто теряли память и не помнили, что и кому они рассказали.
Мне было жаль многих из тех людей, но нужны были деньги. У меня был маленький ребенок, которого нужно было на что-то содержать. Его отец бросил нас вскоре после того, как ребенку едва исполнился месяц, и никак нам не помогал. Он тоже выбрал работу в криминале. Сказал, что не хочет впутывать нас туда, а выйти из дела не может. А мне мало что оставалось, кроме как просить о помощи у его же друзей. Тогда-то меня и пристроили в это дело. Сына пришлось оставить с родителями, так как работать приходилось днями и ночами. Как они сейчас, что с ними, нужна ли им помощь, я не знала.
У меня неплохо получалось добывать информацию из нужных людей. Если бы я знала, в какую грязь меня засосёт в итоге, отучилась бы лучше на воспитателя. Возилась бы с чужими детишками. Но я уже здесь, и пути выхода отсюда я пока не видела.
Ребята, владеющие борделем, принадлежали к местной мафиозной группировке. Около пяти лет назад я впервые столкнулась с ними. Точнее, они наняли меня. После двух выполненных мной заданий босс быстро смекнул, что я слишком ценный сотрудник, чтобы так просто меня отпустить. И вот у меня уже вырастали перед ними неоплатные долги. Естественно, никаких лишних денег я у них не брала, даже пыталась вернуть им все выплаченные мне авансы, но знаете, что? Ничего не вышло.
После каждого выполненного мной заказа один из доверенных лиц босса вызывал меня к себе. Мне говорили, будто бы клиент понял, для кого и зачем я добывала информацию. Иногда говорили, что добытая информация ложна. За подобные проколы работников ставили «на счетчик». Проще говоря, у человека появлялся некий долг, который нужно выплатить в определенное время. А за каждый день задержки накапливались проценты, которые часто превышали сам долг.
Как правило, такие долги нельзя было выплатить, но считалось, что их можно отработать. Подобным образом босс собрал вокруг себя некую «придворную свиту», выполнявшую любые его пожелания, не важно, насколько аморальными они будут. Со временем суммы моих долгов становились запредельными, и росли буквально в геометрической прогрессии. Спустя полгода работы на них я поняла, что из этих долгов не выбраться. Ведь они появлялись просто из ниоткуда. Позже я угодила в бордель.
