К Ховрино мы благополучно осушили литр и миновали набор обязательных тостов. Пришло время импровизации, но меня беспокоил Кира. Он както слишком уж быстро пьянел. Знаете, бывает такое, прям с первой рюмки начинается опьянение, причём обычно заканчивается это утратой всяческого контроля над собой. При этом человек зачастую ведёт себя агрессивно, пытаясь выместить на окружающих злобу, хотя злится он на себя самого изза того, что чувствует, что отрубится намного раньше остальных и пропустит основное веселье. На самом деле такая ситуация достаточно опасная, так как Кира не раз оказывался в роли абсолютно неконтролируемого, агрессивного, сквернословящего монстра, нисколько не напоминающего себя самого трезвого. Это чтото вроде обращения в оборотня. И мы все в те времена были такими вот оборотнями. С одной стороны, это весёлые, остроумные, симпатичные ребята, студенты вузов, сотрудники фирм, госслужащие, менеджеры, предприниматели, а вот с другой… Да, по сути, все и каждый из нас немного оборотень. Каждый хоть раз, но превращался в монстра. А потом мы с ужасом и интересом выслушивали истории про самих себя, не веря в то, что успели столько всего такого напороть, да ещё и за столь небольшой промежуток времени. И порой мы словно бы взываем к этому монстру внутри нас, словно хотим, чтобы он вырвался, хотим и страшимся этого. Так, ладно, не о том речь. Кира пьянел. Глаза его наливались кровью, соображал он уже плохо и курил прямо в вагоне.
– Может, тебе поспать маленько? – осторожно, чтобы не спровоцировать, сказал я. Кира в таком состоянии мог наброситься на тебя с кулаками без всякого предупреждения. Мы дрались с ним, наверное, раз пятнадцать, и не всегда зачинщиком был он. У меня тоже порой ехала крыша. Ну, оно и понятно, когда тебе не более восемнадцати лет и в составе крови постоянно присутствует взрывоопасный коктейль из тестостерона, адреналина, допамина и всех остальных волшебных веществ и гормонов, которые в этом возрасте выделяются практически постоянно, затуманивая и без того неокрепшие мозги. Прибавьте сюда некачественный алкоголь и сомнительные, даже не всегда наркотические, вещества, и на выходе получаем практически ничего не соображающее существо. Но, как бы то ни было, сейчас я не имел никакого желания драться с Кирой и поэтому решил отстраниться от ситуации и пустить всё на самотёк, как часто делал в те годы, ну и, собственно, успешно продолжаю эту порочную практику до сих пор.
– Так, нука тихо, блин, – обеспокоенно произнёс Лёшик. – хоть ктонибудь, сука, подумал взять с собой жратвы, кроме той, что я вижу на столе?
– Я взял амулеты и огромный нож, – гордо произнёс я.
– Молодец, умничка. – Лёшик погладил меня по голове, и я замурлыкал от удовольствия. – Кто ещё похвастается?
– Есть картошка, репчатый лук, и чеснок, – подал голос Андрюха, который лежал на соседней сидушке и читал мою книгу (кстати, он не пил вообще). Не помню почему и тем более не знаю зачем он с таким раскладом с нами поехал.
– Всю закусь на стол! – скомандовал Лёшик.
Все начали копаться в своих рюкзаках и выкладывать снедь на импровизированный стол.
– Итак, что мы имеем? – Лёшик критично осматривал имеющийся провиант. Банка килек в томатном соусе, батон чёрного, пару кило картошки, две банки тушёнки и внушительный пакет с чесноком и луком.
– Чувак, а зачем столько лука? – обратился Тим к Андрюхе.
– Не знаю. У меня дома чтото лука было много, может, мать притащила, ну я и решил взять.
– Ну и чё, вы хотите сказать, что этого нам хватит? – Лёшик смотрел на нас как на умственно отсталых. Справедливости ради скажем, что именно он взял большую часть еды. И это означает, что никому более это в голову не пришло.
– Так, теперь пьём без закуски, – рационально предло жил я.
– Не решит.
– И то верно, – открывая бутылку, сказал я. – Предлагаю поскорее нормально залиться, и тогда нас перестанут заботить подобные мелочи.
– О! Наша тема! Я говорил, что люблю тебя, – нежно произнёс Лёшик.
Всем такая идея пришлась по вкусу. И мы продолжили.
В какойто момент, когда все мы, кроме ренегата Андрона, были уже изрядно бухи, Кира подскочил, словно его ударило током.
– Вы чё, дебилы, жизни не нюхали? С вами только водку и пить. Ничего не можете сделать понормальному. Как? Как, сука, вы собираетесь житьто вообще? – извергался он. Не сказать, что такой пассаж вызвал всеобщее недоумение. Я бы даже не стал утверждать, что это хоть когото заинтересовало. Однако рассудительный Лёшик всё же поинтересовался.
– Суть претензии, барбос.
– Как, сука, можно было поехать в эту глушь без еды? – неожиданно адекватно ответил Кира.
– А! Вот ты о чём. Эыто да. Но вместо того чтобы бакланить, сделай чтонибудь.
– Я сделаю, – сказал Кира и почемуто покрутил указательным пальцем возле виска. Видимо, этот жест отражал ситуацию в целом.
