- Словно последняя перед длительным воздержанием. – Ответил я. Нет, ну а как можно было еще ответить на этот вопрос? Да она была прекрасна и Мали это знает не хуже меня, а то, что она была реально последняя на неопределенный срок, это мозолила не столько глаза, сколько мозги и другие части тела.
- Скажи, ты ведь тоже из Шанонира? - перевел я тему. - Так почему тебя зовут Мали, а не именем зверька?
- Мой отец Шанонирец, а мама из Юстаки, где людей называют нормальными именами…
Юстака, еще одно маленькое государство, земли которого если соединить воедино, получиться город меньше чем столица Шанонира. Народ Юстаки очень сильно походил на адекватных и менее агрессивных Иллимиров, хотя и одевались лишь в набедренные, а девушки еще и в нагрудные повязки.
- Мама настояла, чтобы старшего ребенка назвали по правилам Юстаки, а младшего по Шанонирским. – Продолжила между тем Мали. – Так и получилось, что я ношу имя которым называют на родине мамы, а мой брат…
- Имя осла? – закончил за нее я.
- Именем Ишак, был назван один из величайших воинов Шанонира, еще во времена Илая I, - с гордостью начала она…
- А еще он был тупой как осторотый баран, а точнее осел и выполнял приказы всех, кто стоял выше по званию, так как ростом, вряд ли кто мог с ним соперничать, - перебил я ее.
- Ты безнадежен. – Выдохнула она и встав с постели начала медленно одеваться.
- Я просто реалист Мали. Не в обиду будет сказано твоим родным, но я бы никогда не назвал своего сына, ослом. – На это высказывание Мали промолчала.
К шлюпкам мы подошли последние. Гилай увидев нас, разразился громкой тирадой о моей отсутствующей совести, и о том, куда смотрела благоразумие Мали, чем самым сильно подняв мне настроение. И это притом, что на улице лил сильный дождь.
А потом начались прощания. Никогда не любил прощаться. Нет, так как это делала Мали, еще куда ни шло, но ведь она единственная и к тому же моя девушка в нашей толпе. К сожалению или к счастью Лин, я за как таковую девушку не считал. И даже если бы она навязала мне такое мнение, спать бы с ней я не стал. Она друг. Друг, с которым можно выпить и в компании которого можно подраться в баре. Но спать с другом, нет, это кощунства. Поэтому каждому, кто подходил со мной попрощаться, я пожимал руку, а на высказывание, «удачи вам», отвечал, «оставь себе». Но тут ко мне подошел Рахтан, и бесцеремонно схватив за локоть, отвел подальше от толпы и поближе к шлюпкам.
- Крылья надежно спрятал? - спросил он.
- Конечно, - серьезно ответил я быстро соображая куда я их дел и не забыл ли в таверне.
- Хорошо, тогда я спокоен.
Ага, щаз. Может хоть сейчас его удар хватит от переживания? Хотя этот старый маразматик, своими последними разговорами, немного остудил мою ненависть, и сразу после мысли об инфаркте я тут же отбросил ее.
Осветив меня странным знаком, от которого по моему телу словно проползли десяток сороконожек, маг сделал шаг назад спиной, после чего развернулся и направился к остальным. Я пошел к шлюпкам...
- Тебе плохо? – Этот вопрос был лидирующим на корабле, на котором мы плыли в Наногу.
Я, перекинув голову за борт, извергал вчерашний завтрак уже битый час. – Тебе плохо?
- Гил, а так, что разве не видно? – попытался я накричать на своего друга, но за время, что я извергал содержимое желудка сильно разодрал себе горло. По этому, вместо крика издал тихий шепот.
- Просто ты столько раз говорил, что плавал за моря с отцом, и ни разу не упомянул, что у тебя морская болезнь.
- У меня нет морской болезни! – огрызнулся я.
- А это тогда что? – с туповатым выражением лица спросил Гилай.
Я уже собирался ответить ему, где живут его родные и чтобы он их навестил, когда новый приступ подступил к горлу, и моя голова машинально оказалась за бортом.
- Тебе плохо? – на этот вопрос я смог только застонать.…
Ну, нет у меня морской болезни, просто это отголоски неудавшегося эксперимента. Сразу после того, как мне выделили отдельную каюту, я погрузился в изучение рун в моем арсенале, в надежде их усовершенствовать. Скажу прямо, усовершенствовать у меня не получилось, а вот сделать их более стабильными смог.
