В полумраке надвигающейся на землю ночи возник в отдалении шум множества голосов. Дружинники повскакивали на ноги, схватились за мечи.
Запыхавшись, прибежал молодой сотник, начальник караула, склонился перед Святославом.
– Говори, что там стряслось? – спросил князь, не отрываясь от кошмы, лишь голову повернув к сотнику.
– Ромеи! – воскликнул тот с искренним изумлением, будто эти самые ромеи только в сказках и существуют, а тут вдруг – на тебе! – самые что ни на есть живехонькие. – А с ними посол от самого басилевса Царьградского.
– Ишь ты! – изумился и Святослав, приподнимаясь. – А не врет?
– То мне, княже, не ведомо. А только с виду шибко величав. Знать, не простого роду-племени. По нашему смыслит.
– Ладно, пропусти посла, остальных попридержи, – велел Святослав, садясь на кошме и подбирая под себя ноги.
Через малое время из темноты вылепился на свет костра человек в богатом хитоне, подпоясанный широким кожаным поясом; на поясе короткий меч. Голова покрыта густым волосом, спадающим на плечи, волосы стянуты золотым обручем с каменьями, черные, аккуратно подстриженные бородка и усы обрамляли его загорелое мужественное лицо.
Выйдя на свет костра, человек остановился, огляделся, заметил, что из всех окружающих его молодых воинов сидит лишь один, к нему он и обратился на языке тавро-скифов, то есть славян, коих много проживает в городах Крыма:
– Если ты князь Святослав, каган земли Русской, то я послан к тебе моим повелителем, басилевсом Никифором Вторым Фокой, с грамотой и дарами. А зовут меня патрикий Калакир Хирсонесский из рода Поликлетов.
Святослав встал на ноги, заговорил:
– Не обессудь, патрикий, что принимаю тебя у костра, а не в княжеских хоромах. Я нынче не княжу, я охочусь. Садись, гостем будешь. Раздели с нами трапезу. Много ли у тебя людей?
– Триста воинов. Но они остались на галерах. Со мной двадцать человек. Мы прослышали от местных рыбаков, что ты, князь, остановился неподалеку от Днепра, и я решил встретиться с тобой, не откладывая дела в долгий ящик, в котором время останавливается для тех, кто спешит.
– А ты очень спешишь, патрикий?
– Точно так же, как и ты, княже Святослав.
– Что ж, после трапезы постараемся нагнать быстротекущее время, – усмехнулся в усы Святослав, указывая гостю место рядом с собой. Затем приказал, чтобы позаботились о дружинниках посла и отправили на галеры тушу огромного лося.
Служки положили перед князем и послом небольшую кошму, застелили ее холщевой скатертью, поставили кувшин с вином и чаши, положили нарезанный ломтями ситный хлеб, в листьях лопухов подали дымящееся мясо вепря, разлили вино по чашам.
– Давай выпьем, патрикий Калакир, чтобы твой длинный путь увенчался успехом, – предложил Святослав..
– За твое здоровье, князь Святослав! Да сопутствуют тебе такие же славные победы, какую ты добыл своим мечом у хана печенежского Иргиза, воина умелого и удачливого.