Самоотверженность и мужество, справедливость и большое терпение по отношению к людям — характерные черты работников нашей советской милиции.Л. Н. Толстой сказал, что подвиг совершает «человек, который оказался в нужное время на нужном месте и делал нужное дело». Эти слова полной мере относятся ко всем героям очерков Б. Абрамова. Они с честью выполнили свой долг перед Родиной, перед народом.Книга написана на документальной основе, рассчитана на широкий круг читателей.
«…Я клянусь добросовестно и беспрекословно выполнять все возложенные на меня обязанности, требования уставов и приказов, не щадить своих сил, а в случае необходимости и самой жизни…» Это из присяги рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, которую, подобно воинам Советской Армии, принимает каждый, вступающий в ряды часовых правопорядка.
Не щадить и самой жизни!.. Эти суровые слова обусловлены спецификой работы всех органов внутренних дел, в особенности милиции. Милиционеру иногда приходится бросаться под нож хулигана смотреть в зрачок бандитского обреза, вытаскивать из пылающего дома людей, спасать утопающего. Спасовать, отступить — нет у него на это права, не велит служебный долг. Такая уж эта работа.
Правда, в последние годы новейшие научно-технические средства значительно видоизменили милицейский труд. Совершенная криминалистическая техника в умелых руках не оставляет злоумышленнику надежды на безнаказанность, и все чаще поединки с ним выигрываются в лабораториях. Достижения науки и техники все шире применяются в важнейшем направлении деятельности административных органов — профилактике правонарушений. На первый план выдвинулась фигура работника милиции — вдумчивого и терпеливого воспитателя, для которого нет более важной задачи, чем борьба за Человека в человеке.
И однако, как и во все времена, такие замечательные качества советского милиционера, как мужество, отвага, находчивость, верность присяге, остаются главными условиями работы в органах внутренних дел.
В этой книге рассказывается об отдельных эпизодах милицейских будней, когда человек, посвятивший свою жизнь борьбе со злом, проверялся в минуту смертельной опасности, когда на принятие решения не оставалось и секунды. Порою схватка с преступником заканчивалась гибелью защитника законов социалистической Родины. Такая смерть не менее героична, чем гибель воина на поле боя. И вправе ли мы забывать о них, павших в мирный час!
И кузбассовцы свято хранят память о таких героях. Их именами названы улицы в Кемерове, Киселевске, Итате, Анжеро-Судженске и других городах Кемеровской области. За самоотверженные поступки многие работники милиции отмечены боевыми орденами и медалями, некоторые из них — посмертно.
Хочу надеяться, что читатели прочтут книгу с чувством признательности к людям, чья профессия — справедливость и мужество.
Поезд летел, наполненный невнятным бормотанием, душным теплом спящих людей. Зинаиде Михайловне не спалось. Напрасно она уговаривала себя заснуть: и место-то ей досталось хорошее — на нижней полке, по ходу движения, и ниоткуда не дует, и подушка как подушка, а не ватный брикет, как обычно бывает в этих плацкартных вагонах, и никто в вагоне не колготится — сон упорно не шел. Так она и лежала уже который час с открытыми глазами, неторопливо перебирая в памяти события своей жизни. Мысли снова и снова возвращали ее к той страшной ночи.
К горлу подкатил комок. Сколько лет прошло-пролетело! Никого и не осталось, наверно, в поселке, кто помнит их семью. И уж, конечно, никто не признает в ней, Зинаиде Михайловне Алексеенко, инженере-строителе крупного дальневосточного завода, босоногую Зинку, дочку начальника волостной милиции Дубинкина.
Зинаида Михайловна, с усилием приподнявшись, потянула занавеску, туго надетую на стальной прут, долго вглядывалась в проносящуюся за окном предутреннюю мглу. Угадывалась стремительная стена пихтача, решетчатые ряды снегозащитных щитов, мелькали железобетонные столбы электрической тяги.
Поезд торопился на запад, убегая от нового дня. Но рассвет неумолимо настигал его, высвечивая горбатые крыши вагонов, будки путевых обходчиков, стога сена под плотными снежными шапками.
Зинаида Михайловна подумала, что наступающий день не принесет ей радости, не раз заставит сжаться ее больное сердце.
Да, с сердцем было неважно. Это хорошо понимали и она сама, и муж, и сын Валерий.
Когда пришла длинная, вежливо-настойчивая телеграмма, в которой неизвестные люди просили ее приехать на открытие обелиска отцу, она не могла сдержать волнения, и Валерка начал было отговаривать:
— Может, не надо ехать… А, мам? У тебя же сердце. Да и что изменится, если не приедешь? Откроют без тебя, приобщат, так сказать, к лику святых.
Она мягко укорила:
— Думается, память об умерших — благородное чувство.
Муж, подумав, сказал:
— Какие могут быть разговоры! Не поедешь — людей обидишь, да и себе потом не простишь, С работы, конечно, отпустят.
Она неуверенно ответила:
— История, мне кажется, по тому времени обычная. Бандиты напали.
— Ну, уж это как народ посмотрит. Через столько лет не любого вспоминают и обелиски ставят.
…Совсем рассвело, когда проводница объявила, что следующая остановка Итат. И вот лязгнула откидная железная ступень, приглашая Зинаиду Михайловну выйти на родную, но ставшую уже незнакомой землю.
