Учтя сказанное, начала подниматься чуть не заплакав, так болел бок. Поискав глазами сумку, нашла ее затаившуюся в траве. Быстро похромав сквозь заросли куста – вырвалась наружу, наблюдая как дородная дама в спецовке направляется к туалету держа в руке здоровенный ключ. Это, видимо, была управляющая местным клозетом. Решив, что теперь туда надо попасть обязательно, хотя бы для того чтобы привести себя в надлежащий вид, а то глядишь еще местные бомжи примут за конкурента.
Потребовав от меня мзду за вход, вахтерша пропустила меня внутрь сопроводив недовольным: «Мда…»
Увидев себя в зеркале – чуть не разрыдалась. Выглядела, как боец смешенных единоборств только уже после спарринга. Лицо украшала ссадина, разместившись под глазом, а разбитая губа дополнила композицию живописно опухнув и налившись синевой. Кровавая дорожка стекала из уголка рта, угрожая продолжить свой путь украшая красным цветом верхнюю одежду. Прическа соответствовала образу на сто процентов, местами встав дыбом, декорированная пожухлыми листьями и землей. Завершался мой образ оторванным рукавом пальто, который держался на последних двух нитках, угрожая покинуть данный предмет одежды преобразуясь в самостоятельный аксессуар.
Умывшись и причесавшись, намочила носовой платок в холодной воде, для компресса пострадавшей губе. Может отек и не сойдет, но стало намного легче. Процитировав про себя короткое, но такое емкое «мда», решила, что надо добираться до загадочного проводника, как можно скорее, так как враждебность ко мне этого мира зашкаливала.
–
Скажите, а у вас, случайно, нет нитки с иголкой? – заискивающе обратилась к властелинше ключей и естественно получив раздражительное «нет», обреченно села на бордюр, зависнув на несколько минут уставившись в одну точку – кустарник у входа в платный туалет наперекор осени отказывался менять цвет листвы, демонстрируя сочный зеленый цвет побегов, намекая что примкнул к хвойным, которые и зимой и летом – одним цветом. Отгадка крылась в теплотрассе пролегающей через посадку кустов и заботливо обогревающих насаждения.
Тихо подобрался вечер, обозначив свои права сумерками и промозглым ветром. Начал сгущаться туман и моросить небольшой дождик. В такую погоду хорошо сидеть дома в тепле с кружкой чего-нибудь горячего или горячительного. Всхлипнув от безнадеги, решила прекратить хандрить, так как предстояла бессонная ночь. Заснуть после такого происшествия у меня навряд ли получится, а тем более не хотелось искушать судьбу. Может кто-нибудь захочет покуситься на мой небольшой, но единственный оставшийся у меня скарб – ридикюль и… О боже! Провиант был утерян в суматохе моего неудавшегося изнасилования. Можно, конечно, вернуться на место преступления и поискать, но хорошо подумав, решила, что не стоит так рисковать. Тем более от голода я не умираю, а есть на ночь – вредно. Поднявшись с холодного бордюра, медленно направилась на постоялый двор зала ожидания, мысленно поблагодарив наше социальноориентированное государство за такую скромную, но актуальную помощь для таких как я – без крыши над головой. Прижав одной рукой оторванный рукав пальто, шла, стараясь не сильно светить своим преображенным видом. Бедная моя губа начала поддергиваться стремясь обозначить, что ей одной так досталось и требуя внимания и холодного компресса, который уже нагрелся и временное облегчение от мокрого платка прошло, милостиво уступая дорогу тянущей боли. Хочешь – не хочешь, а начинаешь себя чувствовать героем романа, которого проверяют на прочность жизненные передряги, а он встречает их неумолимым оптимизмом посмеиваясь над наивностью судьбы. Первая часть со мной совпадала, а вот – вторая. Сломить, конечно, пока не получилось, но истерика так просилась проявиться во всей своей красе – затяжным ревом, слезами и криками о такой дикой несправедливости. Живешь – никого не трогаешь, а тебе – на получите, распишитесь.
Будучи образованным человеком, мне слабо верилось в наличие этого самого проводника. Да и вообще все настолько странно и нелогично, что кажется как не странно правдой. Какая-то вывернутая женская логика, над которой потешаются абсолютно все юмористы. Ну и пусть! Уж лучше что-то делать, чем ничего.
Подбодрив себя, что делаю все правильно, нацелилась на уютное местечко около батареи, которая обещала согреть. Зал был почти пуст. Пятеро бездомных были единственными, кто заполнял это помещение. Мое присутствие, к моей радости, никто не обозначил, приняв за опоздавшего пассажира. Мысленно поблагодарив все святых, которые мне помогают – пусть с небольшой задержкой, но я все еще жива, а это важно.
