Рывок и я лежу спиной на сброшенной одежде, а Ян пирует на моем теле. Его губы жалят грудь, спускаясь ниже и ниже к тому самому месту, где сосредотачивается мое желание. Сегодня нет в Змее нежности. Только огонь, жадность и напористость. Когда его язык касается моего клитора, я понимаю, что долго так не выдержу. Он победил. И я сдаюсь на милость захватчика. За это он награждает меня новыми жадными ласками, и я взрываюсь. Яркие всполохи перед глазами, дрожь по телу, горячая волна от груди резко устремляется в пах. С криком выгибаюсь, ловя воздух ртом.
Ян дрожит. Он возбужден, но зачем-то убирает мои руки, когда я хочу ему помочь.
— Подожди. Я хочу тебе кое-то подарить.
Он лезет рукой в карман штанов, берет мою ладошку и надевает на плече тот самый браслет, который мне так понравился тогда у торговца.
Я нежно провожу своими когтистыми пальцами по незнакомому металлу украшения.
— Так это все-таки с тобой я тогда столкнулась? — спрашиваю, уже зная ответ.
— Я всегда был рядом — отвечает и добавляет. — И всегда буду. Я люблю тебя.
Сажусь и прижимаюсь к нему, целую нежно.
— Я тоже люблю тебя — отвечаю едва слышно.
Теперь наши ласки имеют другой характер. Это не огонь, сжигающий все вокруг. Это легкие волны, несущие нас и мягко покачивающие. Мягкие губы, нежные пальцы. Но мне важно ему сказать и я шепчу просто в губы:
— Возьми меня. Хочу это почувствовать. Хочу ТЕБЯ почувствовать.
Ян на секунду останавливается и с сомнением смотрит на меня, а я, словно подтверждая слова, снимаю с него штаны и ложусь на спину, широко разводя бедра. И нет ни смущения, ни стыда, ни сомнения. Есть ощущение правильности происходящего.
— Маленькая моя — говорит любимый нежно, мягко касаясь моих влажных створок, лаская пальцем клитор.
Когда солнце в моих глазах ярко вспыхивает от невероятных ощущений очередного оргазма, Ян мягко, но настойчиво входит в меня. Легкая боль — это ничто в сравнении с той, что я испытывала, когда появились руны, или вчера, перед переносом в этот мир.
Мы двигаемся, как одно целое. Сладкие, плавные, мягкие движения сменяются резкими и острыми. Мы стонем друг другу в губы, целуемся, кусаемся.
Оргазм настигает нас одновременно. Ян наклоняет голову и страстно кусает меня в шею, немного больно, но это только усиливает мои сладкие судороги в тот момент. В это же мгновение все мои руны резко вспыхивают, и яркий голубой свет из них устремляется к Яну. Я ничего не успеваю сделать, как свет поглощается кожей любимого. Ян выгибается с криком, его кожа под моими руками начинает твердеть и покрываться чешуей. Я с ужасом вскрикиваю, он опускает голову и наши глаза встречаются. Его зрачки вытянутые, как у рептилии.
Всего мгновение и он резко отодвигается от меня. Я с ужасом вижу, как его кости ломаются, а из спины начинают лезть длинные, перепончатые крылья. Хриплые стоны боли рвутся с губ любимого, а я не могу ему ничем помочь. Прямо на моих глазах он изменяется в незнакомое животное. Сначала незнакомое. А потом я понимаю, что он становится драконом. Тем самым, что нарисован у него на спине.
Змей, а теперь это именно он, оборачивается в мою сторону и грозно шипит. А потом один взмах крыльев — и он поднимается в небо, чтобы исчезнуть с моих глаз, оставив совершенно одну тут, в лесу, где мы только что признались друг другу в любви.
Глава 31
Раяна.
Какое-то время упрямо смотрю в небо, надеясь, что Змей вернется. Когда чувствую, что вот-вот замерзну, ведь я так и не оделась, понимаю, что ждать бессмысленно. Нужно идти искать, но одной это делать опасно. Поэтому быстро вытираю бедра от семени и крови, натягиваю штаны с кофтой и бегу назад, к пещере, где остался Хэйд. Богиня! Надеюсь, он в состоянии двигаться.
— Хэйд — залетаю в темноту — ты как?
Он смотрит на меня удивленно, поднимается и ведет к выходу из пещеры.
При свете дня вижу, что ему значительно лучше. Бледный и больной вид, что был у него не так давно — прошел.
— Что случилось? — спрашивает, все так же всматриваясь в мое лицо.
— Ян превратился в дракона и улетел. А я не знаю куда, и вернется ли он, и сможет ли вообще снова стать человеком? — Хэйд прерывает мой поток слов.
— Хорошо, я понял. Что предшествовало его превращению?
Ой. Вопрос вполне логичный, но как-то неловко в этом признаваться рыжику. Чувствуя, что краснею, все же отвечаю:
— Мы были вместе. В смысле… занимались любовью.
— Понятно — следует не совсем понятный ответ.
Вскидываю глаза, чтобы посмотреть на Хэйда и вижу, что он по-доброму усмехается.
— Делаем вывод, что при вашем… хм… занятии, что-то произошло. Это повлияла на вас обоих. На тебя явно положительно, а вот на него — пока не понятно.
— Почему на меня положительно? — непонимающе переспрашиваю.
