Перед онемевшей кассиршей я вывалила из кармана две пригоршни десятикопеечных монет. Потом взяла из рук уборщицы тряпку и вымыла полмагазина.
– Если бы всякие, которые тут ходят, были сознательными и по очереди мыли пол – вам было бы намного легче.
Проходя мимо толпы чем-то возмущённых покупателей, я обратилась к ним с миролюбивым призывом:
– Товарищи! Продавцы не виноваты. Это мы приходим в магазин и раздражаем их своим присутствием. Если бы нас здесь не было – они были бы с нами намного вежливее.
В магазине уже никто не работал. Весь обслуживающий персонал гастронома № 4 с полуоткрытыми ртами следил за моими действиями. В дверях подсобки толпились удивлённые грузчики.
В мясном отделе работал профессиональный хам, у него даже «здравствуй» звучало как «пошёл вон». Сквозь лоснящуюся кожу лица было видно, как в его щеках бурлит и клокочет гемоглобин.
– Вам чего?! – рявкнул он на меня из-за прилавка, как собака из будки.
– Граммов триста мяса, которого уже никто не берёт, – проворковала я.
Он бросил на весы кусок мяса, зелёный, как тоска.
– Спасибо! Такого я ещё никогда не ела.
– К нему нагрузка: семьсот грамм костей.
– Кости – это моя слабость, можете дать килограмм.
– Заворачивать не во что, бумага кончилась.
– А зачем заворачивать? – искренне удивилась я. – Мясо очень удобно носить в карманах.
На глазах у потрясённого мясника я втиснула купленное мясо в кружевной карман моей блузки. Весь кусок не поместился, часть его выглядывала из кармана, как платочек.
Я взбила его рукой и снова обратилась к продавцу:
– Как вам кажется: к этой блузке идётсвинина или говядина?
Мясник растерянно замычал.
Этого не выдержала даже видавшая виды потомок крокодила. Нервы её дрогнули, и она закричала мне через весь гастроном:
– Жалобная книга заперта! Ключ у завмага! Завмаг в отпуске! В декретном!
– Жаль! Так хотелось написать вам благодарность.
Я обаятельно улыбнулась женщине-крокодилу, послала воздушный поцелуй нагемоглобиненному мяснику и, напевая «Неужели это мне одной…», вышла из магазина.
Травмированные моей вежливостью, продавцы долго и оторопело глядели мне вслед сквозь стеклянную витрину. В помещении висела непривычная, напряжённая тишина. Чувствовалось, что обалдевшие продавцы ещё не скоро придут в себя.
Моя месть удалась!Вот вы мне ответьте: собака – друг человека? Друг? Так почему же человек со своим другом-собакой по-свински поступает?..
Взять, к примеру, намордники. За что на умную и преданную личность железную решётку надевать? Вы обратите внимание: когда собака в наморднике, она всегда голову опущенной держит, потому что ей стыдно. За нас с вами стыдно.
А вы с собакой путешествовать пробовали? Нет? Ну, так я вам расскажу, что это за процедура.
