Русско-японская война 1904-1905 гг., стала той вехой, которая определила оставшееся время правления династии Романовых, которая процарствовала три века, беря свое начало в Смуте, и новой Смутой закончившей свое существование. Падение Порт-Артура стало прологом к гибели империи, ведь в крепости погиб флот, который мог сделать итог войны иным. Пусть поражение, но не такое позорное, жуткое и гнетущее! Ведь вслед за гибелью 1-й Тихоокеанской эскадры, последовал чудовищный разгром и капитуляция четырех броненосцев 2-й Тихоокеанской эскадры, которую вице-адмирал Рожественский привел в Цусиму на заклание. А что «если бы» — любимый вопрос многих историков. И тут нужно вспомнить 28 июля 1904 года, когда Порт-Артурская эскадра пошла на прорыв во Владивосток. Ведь этот бой мог изменить многое, ведь не зря восклицали в древнем Риме — «morituri te salutant»!
Восходящее над краем горизонта яркое оранжевое солнце освещало обширную гавань Порт-Артура, набитую десятками судов. Дюжина самых крупных кораблей стояли в восточной глубоководной части, по которой тянулся узкий и извилистый, каменистый полуостров, метко прозванный «Тигровым хвостом». И действительно, когда этот свирепый таежный хищник сидит в засаде, то его хвост изгибается самым причудливым образом, а китайцы всегда относятся к символам крайне серьезно.
Западная часть бассейна, намного обширней по своим размерам, но мелководная, стала приютом и для небольших кораблей эскадры — крейсеров, канонерских лодок, миноносцев. А также местом стоянки большого числа пароходов, которые принадлежали самым разным судоходным компаниям, начиная Добровольного Флота и заканчивая КВЖД. Их объединяло только одно — все они несли или русский триколор на флагштоках, либо Андреевские флаги. Последние суда, весьма немногочисленные, были зачислены в состав 1-й Тихоокеанской эскадры, выполняя почетную и полезную функцию — входили в состав тралящего каравана, который постоянно очищал подступы к проходу от постоянно выставляемых японцами мин.
Остальным не нашлось применения, и они застыли своими корпусами на тихой глади полностью закрытой гавани — груды бесполезного железа, по большому счету. Раньше их пристанищем был Дальний, возводимый на берегу Талиенванского залива город, ставший конечной точкой КВЖД — железной дороги, построенной через Маньчжурию в «полосе отчуждения» по настоянию всемогущего Председателя Совета министров С. Ю. Витте. Больно момент тогда был удобный — китайцы десять лет тому назад потерпели поражение в войне с японцами.
Как таким моментом не воспользоваться европейским державам?! А после подавления «боксерского» восстания, европейские колонизаторы уже не стеснялись в средствах…
В середине мая пароходы спешно уводили из Дальнего, понимая, что иначе они станут желанным трофеем для японцев. Дело в том, что 2-я армия Оку атаковала русские позиции на узком, в несколько верст, Цзиньчжоуском перешейке, этих естественных «ворот» вглубь Квантуна. Начальник 4-й Восточно-Сибирской дивизии генерал-майор Фок после одного дня боев, в которых он задействовал всего один стрелковый полк из пяти, неожиданно и совершенно непонятно из каких соображений, отдал приказ о прекращении обороны и отходе частей к Порт-Артуру. Когда в Дальнем узнали о том, в нем началась паника — власти и несколько тысяч русского населения покинули город, стремясь как можно быстрее добраться до крепости. А потому в порту бросили множество судов у причальных стенок, хотя где-то половину моряки успели отправить к Порт-Артуру. Но так как все делалось в крайней спешке, то огромные припасы, собранные на складах, вывезти не удалось, и они достались японцам. Как и сотни вагонов с паровозами, вся неразрушенная инфраструктура порта — в июне там высадилась 3-я армия Ноги, которая и двинулась штурмовать Порт-Артур. И в начале июля первые снаряды уже обрушились на город, внеся смятение в умы…
По начавшейся суматохе в гавани можно было сделать вывод, что 1-я Тихоокеанская эскадра готовится покинуть ставшую родным домом гавань и отправится в плавание. Сновали лодки и катера, подвозившие на корабли личный состав и мастеровых, к приземистым бортам броненосцев прижимались пароходы и баржи — с них принимали уголь в бездонные ямы и снятые раньше для усиления береговой обороны пушки. Последние требовалось вернуть на корабли — ведь не в развлекательный морской круиз отправлялись броненосцы и крейсера под Андреевским флагом, а на бой с врагом, ведь предстоял прорыв блокады, на помощь вражеским судам неизбежно придет эскадра вице-адмирала Хейхатиро Того.
Всем сейчас находилось дело, кроме десятков пустых пароходов, никому не нужных и бесполезных просто потому, что в море было нельзя выйти — на нем захватил полное господство японский флот, начавший боевые действия за несколько дней до нападения на Порт-Артур. Только в штабе наместника Его Императорского Величества на Дальнем Востоке адмирала Алексеева на эти «шалости» не обратили внимания. А ведь должны были — 24 января пароход «Екатеринослав» Добровольного флота был задержан на пути к корейскому порту Фузан, в котором уже арестовали транспорт КВЖД «Мукден», а следом задержали «Котик», принадлежащий компании Кейзерлинга, занимавшейся промыслом морского зверя, то есть китов, и рыбы на Камчатке. В Нагасаки японские вооруженные команды поднялись на «Шилку», принадлежащую тоже КВЖД. Однако судну дали разгрузится и 25 января он вышел в море и поспешил в Порт-Артур.
