– А потом спать! – Вера вдруг тоже заулыбалась, широко, открыто, словно увидела сладкий сон, и, поднявшись с валежины, помогла Ивану вытащить спецназовца на сухое место.
Парень был еще живым, но со слабым пульсом и лицом бледным, как белый мох. В отличие от иностранца, тело его казалось немощным и худым, хотя руки, на которых краснели мозоли, были мускулистыми и тяжелыми.
– Вера, надо раздеть его и натереть, – с грустью сказал Иван и, взяв топор, пошел за дровами для костра.
После взрыва второго вертолета Вера с тревогой и надеждой смотрела на солнце. Оно теперь казалось живым, все понимающим и каким-то странным существом, постоянно плывущим и проникающим во все людские души и земные щели. «Наверно, оно изучает людей, выкачивающих его энергию, – подумала она, – которой, может быть, равных нет». «Ну что ж, качайте, качайте из него все, что можно! – размышляла она. – До самого дна качайте на роскошную безоблачную жизнь. Создавайте еще одну безумную цивилизацию. Стройте грандиозные планы животного процветания. Только не думайте, что солнце и его спутники – кусок дармовой и бесчувственной природы. Вы еще не знаете, сколько горя, сколько непонятной мести может преподнести этот жизнерадостный огненный шарик!»
– Хэлоу, мадам! – вдруг кто-то оборвал ее мысли. Вера вздрогнула, хотела сразу закричать, но, переборов страх, дотянулась до цевья ружья и, взведя курки, приготовилась к выстрелу.
Примерно в тридцати шагах перед ней стоял Майкл Сорез. На плече у него висел карабин, в руках он держал недокуренную сигарету. Вид у него был удручающий. Головной убор, которым он все время протирал свою огромную лысину, превратился в кусок обгорелой тряпки. Его красивые арийские глаза сильно впали, и под ними появились крупные подглазники земляного цвета. Шаловливые руки тряслись, как в лихорадке.
– Веро, моя пришел каяться, – пытаясь улыбнуться, вкрадчиво сказал он и безумно огляделся по сторонам. – Моя хочет жить, очень хочет, но плохо может… кошмар… русский земля кошмар. болото, болото, болото. Моя хочет ту-ту. Америка.
– А больше ты ничего не хочешь?! – почти шепотом выдавила из себя Вера и неожиданно тихо заплакала. – Неужели ты и в самом деле животное?! Ведь мы спасли тебя, заморская крыса!
– У-у-у! – неожиданно застонал спецназовец. – У-у-у!..
– Слышишь, Веро, русскому десанту не нравится твои слова.
– А ты откуда знаешь?!
– Моя его клуб была. Он мастер русского дзюдо. Мне с ним говорить надо.
– Не может он говорить сейчас.
– Моя потом говорить будет..
– Придет Иван и прогонит тебя.
– В чем дело, Майкл? – Иван, как всегда, появился внезапно и совсем с другой стороны заболоченного леса. В руках его была охапка елового сухарника и охотничий топор. – Кто вам разрешил, господин этолог, взять из повозки родниковую воду и мой карабин? – строго спросил он и положил охапку дров у поваленного валежника. – Вера, дай мне ружье и забери у него карабин. – Иван взял ружье, перезарядил другими патронами и, соорудив костер, повесил на ботоган котелок с подкопной водой. – Почему вы молчите, господин этолог? Вас сильно обожгло наше солнце? Или русские черные дыры вас плохо встретили? Где родниковая вода? Идите к нам, не бойтесь, костер всех греет… В конце-то концов, не этот спецназовец сумел спасти вас, а мы с Верой.
Майкл потоптался на одном месте, огляделся по сторонам и вдруг, смяв сигарету, бросился бежать.
– Стой, стрелять буду! – закричал Иван и, вскинув ружье, выстрелил. Майкл остановился на мгновение, словно его ударили в грудь, а потом побежал еще быстрее.
– Ваня, стреляй снова, уйдет!
– Никуда не уйдет. Еще метров сто – и он уснет так же, как спецназовец. Эти снотворные патроны изобрели умные люди. Каждый убегающий думает, что его подкосили насмерть, а потом он вдруг оживает, словно рождается еще раз. Такая процедура заставляет переосмыслить многое и другими глазами взглянуть на жизнь. Об этом писал Достоевский, а потом, когда я общался с его духом, он рассказал еще кое-что.
– Где общался?
– У родника. Мой таежный родник – изумительная штука. Им заканчивается обитель человеческих душ, живших когда-то на земле. Они слетаются сюда каждое полнолунье, а потом устремляются на материки всей Земли.
– Интересно. Хотя трудно в это поверить.
– Когда человек получил из руды железо, он тоже не верил в его силу, пока люди не стали рубить и убивать друг друга этим самым железом. С каждым годом они это делают все лучше и лучше. Кстати, энергия орбиты людских душ связана с энергией солнца и другими Вселенными. Так что поведение солнца и звезд очень зависит от орбиты человеческих душ.
– А поведение спецназовца от кого зависит? – неожиданно поинтересовалась Вера.
