Ротор с шумом втягивает воздух у моего уха, а потом рукой зарывается в мои волосы, хватает их и впивается в губы, врывается в мой рот языком, и я пропадаю на некоторое время в эйфории.
Слышу стоны. Мои? Его?
- Ты знаешь, что тебе за это будет? - низким голосом спрашивает Ротор мне в шеи и прикусывает ее.
О, я уже знаю, что он тот еще гад!
- Я знаю, что к утру ты озвереешь ко мне в человеческом облике. Может, тебе навсегда остаться хвостатым? - говорю я хриплым от желания голосом.
Я знаю, что я уже вся мокрая внизу.
- На-я-на, ты играешь со мной? Не боишься?
Боюсь. Но они уже нашли всю информацию обо мне. Возможно, даже засекреченную про эксперимент в двенадцать лет. И сделали свои выводы.
И, что самое поганое, я сама не могу быть уверена в том, что моя энергия не виновна в состоянии командора. Чтобы разобраться в этом, мне нужно дотронуться до других щитов барсийцев. Но кто мне это позволит после заселения “паразита”?
Разве что тот блондин с расколотой защитой. Ему просто нечего терять. Сейчас он уязвим как младенец.
Но нужно ли мне что-то доказывать, когда уже днем за мной прилетит дядя? Слава вселенной, я увидела, что он тут же ответил на сообщение “Буду завтра днем” и не задавал лишних вопросов.
Место встречи назначили недалеко от Гаркона. По идее, как раз после зачистки, я смогу спокойно пересесть на корабль дяди Трея.
А сейчас…
Сейчас я хочу провести с Ротором последнюю ночь.
В каюте он бросает меня на кровать, а сам мгновенно избавляется от одежды. Он так пожирает меня глазами, что у меня пересыхает во рту.
- Раздевайся, - приказным тоном говорит он.
Он стал все больше говорить, а это значит, что он постепенно приходит в себя. Похоже, чем ближе и плотнее мы контактируем, тем больше он берет под контроль свою звериную часть.
Я не двигаюсь. Не хочу показать, что сама желаю его.
И тогда он наклоняется ко мне. Зависает надо мной на вытянутых руках, а потом, вдруг, выпускает из пальца острый коготь. Два разреза на моем комбинезоне - и мои груди оголены, соски призывно торчат вверх.
Как он умудрился так точно рассчитать, чтобы прорезать ткань, но не тронуть кожу - одной вселенной известно.
Я даже пропускаю несколько вздохов - до того меня поразила его быстрота и точный расчет.
Ротор кладет большую ладонь на мою грудь и сжимает ее. По моему телу тут же проносится волна удовольствия, словно он точно знает насколько сильно и где именно сдавливать. Мне нравится, что он не говорит, а действует.
Он припадает ко второй груди ртом, втягивает сосок. Изо рта вырывается стон, я вся выгибаюсь в его руках. Ощущение, что он запустил огненную стрелу по моему телу от груди к низу живота.
Его рука отпускает мою грудь, спускается по животу вниз, поглаживая, а потом ложится сверху на лоно. Он осторожно вспарывает комбинезон в самом интимном месте. Когти тут же пропадают.
Его пальцы касаются моих нижних губ, и он так тонко ловит мою реакцию, что мгновенно понимает, какие движения больше всего меня заводят. Но он останавливается, стоит мне почувствовать, как все тело напрягается, выгибается дугой перед оргазмом. Он дразнит меня, водит по краю удовольствия.
Теперь я даже не знаю, кто из нас потерял контроль над собой. Сейчас, кажется, все наоборот. Это я изнываю, выгибаюсь в его руках, а он умело подводит меня к грани и останавливается.
- Так ты знаешь, чем грозит тебе секс со мной в боевой форме, Наяна? - спрашивает он меня между поцелуями в губы.
- Оргазмом? - спрашиваю я первое, что приходит на ум.
Я его сейчас очень хочу - этот оргазм. Очень.
Он хрипло смеется.
- Не только.
Ложится на меня, раздвигает мои ноги так, что я чувствую, насколько он сильно хочет меня, насколько он тверд. Его большая головка прижимается к мокрым складочкам, готовым его принять. Полностью.
Он смотрит мне прямо в глаза и спрашивает:
- Ты забеременеешь от меня, Наяна. Ты этого хочешь?
Смысл слов доходит до меня не сразу. А когда я соображаю о чем он, то часть меня все равно хочет сказать неразумное да. Я просто схожу по нему с ума, вот что со мной происходит!
Сдурела!
Но все-таки разумная часть еще со мной. И я отрицательно качаю головой.
- Шпионка. Конечно, зачем тебе мое дитя, верно? - усмехается он.
Я замираю. Неужели, в его голосе я только что слышала боль?
Да нет, наверное, показалось.
- Наяна, но что ты будешь делать со мной? Пока я не кончу, я не смогу выйти из боевой формы? - спрашивает он, целуя меня в шею так, что голова идет кругом.
Он точно знает мои самые чувствительные места.
- Почему? Вы что, все… когда.. если… - я пытаюсь сказать, но это так неловко, что у меня не выходит. Мысли путаются.
Я хочу спросить, все ли выходят только через секс в боевой форме. Это же бред!
Ротор все понимает:
– Трансформация была вызвана тем, что моя животная половина считает тебя своей из-за твоего паразита в моих щитах. Поэтому, пока я тебя не возьму, я не приду в норму. Понимаешь? Самец должен пометить свою самку.
Я едва киваю, показывая, что понимаю.
Он продолжает:
- И теперь скажи, что ты предлагаешь, если не хочешь от меня ребенка? Как мы с этим справимся?
