Эта книга – первое издание трудов легендарной Августины Филипповны Семенко, талантливого исследователя-практика, одарившего отечественную астрологию оригинальными разработками, а русский язык – термином «биоритмология». В публикуемых здесь ее рабочих материалах классические модели астрологии тесно переплетаются с гуманистическими идеями Д. Радьяра и новыми подходами к космобиологии. Это и захватывающее чтение, и внушительный инструментарий, имеющий неоспоримую практическую ценность.Имя А.Ф. Семенко хорошо известно в среде авиаторов и ученых-космобиологов. Математик по образованию, она была ведущим инженером по летным испытаниям, работала на оборонных предприятиях, в том числе в ОКБ им. А.Н. Туполева в отделе аэродинамики. Несколько лет возглавляла там же службу биоритмологии, созданную по ее инициативе и при поддержке Комитета по проблемам сознания при Академии наук СССР. Применение разработанных ею астрологических методов профилактики летных происшествий при проведении испытаний новейших самолетов Туполевской фирмы позволило уменьшить количество аварий и нештатных ситуаций.Жизненный и творческий путь Августины Филипповны – пример честной и плодотворной самореализации в профессии, самоотверженной и яркой во всех проявлениях. О ней рассказывают на страницах издания ученики, близкие, друзья и соратники.Книга будет интересна и полезна как узким специалистам, космобиологам, так и широкому кругу читателей.К 85-летию со дня рождения А.Ф. Семенко.К 90-летию со дня рождения авиаконструктора А.А. Туполева.
© Н.В. Семенко, издатель, 2015
© Издательство «ВегаПринт», составитель, макет, 2015
В бесконечном кажущемся хаотичным универсуме обнаруживается деятельность бесконечно совершенного Разума.
…Испытательный аэродром в подмосковном Жуковском.
В далеком морозном декабре 1959-го летный экипаж с командиром Юрием Алашеевым собирался в седьмой полет на бомбардировщике Ту-22, чтобы впервые преодолеть скорость звука. Через 12 минут после взлета «раздался какой-то хлопок», по словам единственного спасшегося члена экипажа К. Щербакова, и самолет задрожал с частотой 4–5 колебаний в секунду, начал заваливаться на нос с одновременным креном вправо. «Юра, что это? Помпаж?» – трижды спросил штурман И.В. Гавриленко. Алашеев молчал. «Юра, крен, Юра, крен!» – повторил Гавриленко.
Самолет шел к земле, медленно поворачиваясь вокруг продольной оси и набирая скорость на пикировании. «Приготовиться к катапультированию!» – приказал командир. Юрий Алашеев остался на борту и до конца пытался спасти опытный самолет, не покинув его до трагической развязки.
Специалисты изучали все внешние признаки катастрофы, тщательно собирали элементы конструкции самолета. Сложность сбора информации о катастрофе усугублялась морозами и сильными снегопадами.
В официальном заключении по катастрофе ее причиной был назван флаттер – разрушение горизонтального оперения в результате повышенных вибраций. Юрию Тимофеевичу Алашееву было присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно).
Для молодого авиационного специалиста Августины Семенко, работавшей в то же время на аэродроме, этот день стал поворотным не только в авиационной биографии, но и в ее судьбе. Она поняла, насколько близко стоят к роковой черте те люди, с которыми она работает. Именно после этого случая она стала задумываться о характере работы летчика, ее целях и ценностях, ее философии, о цене человеческой жизни и техники, которой порой эта жизнь приносится в жертву. За тридцать с лишним лет работы в авиации Августина Семенко исследовала около 500 гороскопов летчиков и инженерно-технических работников. Сначала самостоятельно как ведущий инженер по летным испытаниям, заместитель начальника бригады аэродинамики, а затем вместе с коллегами – как руководитель службы биоритмологии при летном подразделении Жуковской летно-испытательной и доводочной базы (ЖЛИиДБ) – постоянно проводила анализ всех предпосылок летных происшествий и катастроф.
В ее преподавательской практике примеры из авиационной биографии и летных будней всегда будут главными.
