Иерусалим: Один город, три религии полностью

Иудеи возликовали. На улицах городов трубили в ритуальный рог – шофар, – и казалось, будто вот-вот явится Мессия. Многие евреи злобно насмехались над христианами, которые так долго помыкали ими в прошлом (Руфин, Церковная история 10:37). Евреи толпами прибывали в Иерусалим, впервые за две сотни лет заполоняя его улицы, те, кто не мог приехать, посылали пожертвования на новый Храм. На развалинах одного из портиков на Храмовой горе спешно построили временную синагогу; возможно, Юлиан даже распорядился, чтобы местные христиане вернули евреям принадлежавшее им по праву имущество. Надзор за восстановлением Храма император поручил сановнику Алипию и велел тотчас же начать заготовку материалов. Были изготовлены специальные инструменты из серебра, поскольку Закон воспрещал применять железо при постройке алтаря. 5 марта 363 г. Юлиан с войском отбыл в Персию, рассчитывая одержать победу, которая доказала бы всему миру правоту его языческого мировоззрения. По возвращении император обещал лично освятить Храм в ходе победных торжеств. После его отъезда рабочие-иудеи начали расчищать основание старого Храма, разбирая и вывозя груды каменных обломков и накопившегося мусора. Эта работа продолжалась весь апрель и май. Однако патриарх и галилейские раввины относились к затее Юлиана с глубоким недоверием: они были убеждены, что только Мессия способен восстановить Храм, и не могли себе представить, чтобы Бог благословил Храм, построенный идолопоклонником. Кроме того, император мог и не вернуться из похода в Персию.

Теперь настала очередь христиан с тоской взирать на развернутое императором строительство, при котором не принимались во внимание их права на Святой город. На протяжении полувека церковь, казалось, становилась все сильнее и сильнее, как вдруг отступничество императора продемонстрировало всю шаткость ее положения. Древнее язычество по-прежнему процветало, и с годами накапливалась подспудная ненависть к церкви. В Паниасе и Себастии после опубликования эдиктов Юлиана произошел настоящий бунт против христианства. План императора по возрождению древнего язычества вовсе не был неосуществимой мечтой, и христиане это знали. В тот день, когда евреи на Храмовой горе приступили к работе, иерусалимские христиане собрались в Мартириуме и стали горячо молить Бога отвести от них напасть. Затем они процессией двинулись на Масличную гору, распевая библейские псалмы, которые уже использовали как свои. С того самого места, на котором несколько поколений христиан размышляли о поражении иудаизма, теперь можно было наблюдать за целеустремленной деятельностью на платформе Храма. Это было ужасное зрелище для христиан, которые уже привыкли считать упадок иудаизма залогом возвышения собственной веры, – еврейские строители, казалось, подрывали основы христианского вероучения. Но епископ Кирилл призвал свою паству не терять надежды и уверенно предсказал, что новый Храм никогда не будет достроен.

И 27 мая пророчество Кирилла, похоже, начало сбываться. Случилось сильное землетрясение, затронувшее весь Иерусалим и, естественно, истолкованное христианами как проявление божьего гнева. Под Иродовой платформой возник пожар – взорвались газы, скопившиеся в подземных помещениях, и огонь перекинулся на подготовленные строительные материалы. Согласно отчету Алипия, «клубы пламени (globi flammarum), вырывавшиеся частыми вспышками близ фундамента»[48], опалили нескольких рабочих. К этому времени Юлиан со своей армией уже переправился через Тигр и сжег за собой плавучий мост. Связь с ним была прервана, и Алипий, вероятно, решил дождаться вестей из Месопотамии, прежде чем предпринимать что-либо после такого зловещего события. Через несколько недель Юлиан погиб в сражении, и войско провозгласило новым императором христианина Иовиана.