И жадные очи, и губытугие, и крылья бровей…И горе — на убыль, на убыль,и в горле поет соловей!И в сердце сладчайшая мука,и дрожь в ослабевших руках,и легче лебяжьего пухалетишь в недоступных веках!Не ты ли была фавориткой,не ты ль называлась Манон,и плакал с моею улыбкойГрие в час твоих похорон?!О, женщина! Времени арфазапомнила страсти этюд!И кисти тяжелого шарфасегодня, как колокол, бьют,когда ты спешишь на свиданье,которому нету конца…И вечное длится сияньеДо боли родного лица.11.06.1969<p>Из книги "30 СТИХОТВОРЕНИЙ"</p>
(Филадельфия, 1996)
ПЕРЕД КАРТИНОЙ П. ФЕДОТОВАКогда на погонные метрыхудожник растратит талант,фальшивы его позументыи жалок сиятельный кант.Но если в согласье с натуройон в малом большое явил,останется — миниатюройв разряде немногих светил.25.08.75ПЕРЛТруд копиистов не в почете,пусть он неистов и упрям;но в рам ракушьей позолотенет места блеклым именам,разжидивших юдоль Далилы,размноживших глаза святых;как будто рамой отделилисон мертвых ото сна живых.Другое дело — толкователь,интерпретатор вещих снов;поэт, ученый иль ваятель:пусть стар сюжет, да выбор нов!Иной подход. Иная мета.Как будто выхвачен из мглыизгиб старинного сюжетасквозь современности углы.Прожектор времени всевидящ,но что — как новый полимерты синтезироваться выйдешь,перл — в век могучей НТР?1975 — 19.07.81НЕ ВЫЦВЕТАЮТ КРАСКИ НЕБА
Манане Бобохидзе
Художник не всегда в разладес реальной жизнью и с судьбой;пускай какой-то штрих нескладен,но виден в нем порыв живой.Смеется девочка с утенком;танцует огненный Махмуд;и песню весело и звонкогрузины над столом поют.Нам живопись дороже хлеба;нам кажется волшебной кисть:не выцветают краски неба,с холста не улетает мысль.Работа, вот твоя нирвана;твое Блаженство на крови…Рисуй без устали, Манана,дерзай, дерзи, люби, твори!4.06.84ДАЛИ-88Остр ли скальпель грядущих идей,хрупок череп столетий — не знаю…Толковище картин и людей.Бесконечная пытка глазная.Сатурналий круговорот.Андрогина немое моленье.Черной вечности траурный грот.Рана-рот в ожидании мщенья.Пьер Ронсар, Гете, Лотреамон,чьи стихи — детонатор рисунка;шум и блеск авангардных знамен;культуризм изощренный рассудка.Как бы ни было чувство старо,удивление гонит на паперть.Тавромахии злое таврообожгло благодарную память.Нас не зря по углам развелизолотой Аполлон и Венера.Восковая фигура Даливосклицательный знак интерьера.24.04.88ПОРТРЕТЫ XVIII ВЕКА
