– "Скорой" не было. Только милицейский "уазик" и две пожарных. Значит, они сбежали! Маленький железный сундучок пуст – я уверена, они прихватили его содержимое. Теперь наша единственная надежда – найти их. Я, конечно, не собака, и тут все так затоптано, но если сделать вокруг несколько больших кругов, можно найти их следы… Машина сгорела, и у нас есть шанс, что они недалеко ушли…
– Но прошла целая ночь! За это время можно успеть добежать до Канадской границы…
– Это ты уговорила меня вернуться утром! Так что теперь помалкивай! – отрезала кошка.
Я прикусила язык.
Мы разделили участок на сектора и стали методично обыскивать окрестности вокруг дома. Будучи – как и всякая кошка – близорукой, я, тем не менее, надеялась на подаренное мне природой чутье.
Удача не оставила нас – приблизительно через полчаса моя напарница обнаружила отчетливые следы двух человек, тонкой цепочкой уходившие в сторону шоссе. Не мешкая, мы потрусили в том же направлении…
Девять Было около двенадцати. Холодный ночной воздух бодрил.
Шпендель, укутанный в обгоревший плед, перекатывался на своих коротких толстых ножках, с трудом поспевая за Гердой. Очки у него вспотели от напряжения, а изо рта шел пар – он нес солидных размеров чемодан, набитый всякой всячиной. Женщина шла налегке, в длинном черном пальто и в темных очках, несмотря на непроглядную загородную темень. Она сосредоточенно что-то обдумывала, кусая ноготь; на плече у нее болталась маленькая кожаная сумочка Шейлы. Он этой странной пары ощутимо пахло дымом, и если бы не чемодан у мужчины и не цивильная одежда у женщины, можно было бы подумать, что они возвращаются с шашлыков…
Через десять минут оба вышли на слабо освещенное шоссе, и Герда тут же принялась голосовать. Вскоре им повезло – одинокое такси спешило в Москву.
Парочка уселась на заднее сиденье.
– Куда мы едем? – тихо спросил толстяк.
– На Маяковку, в квартиру Марфы.
– Но мы ужасно рискуем! Там могут быть люди…
– Трусливый пингвин! – злобно сказала женщина. – Судя по паспорту, у нее нет мужа и детей.
А женщины в таком возрасте обычно уже не живут с родителями. Бьюсь об заклад, что квартира свободна!
Это не успокоило очкарика. Он заметно нервничал и беспрестанно вытирал платком лысину и слегка опаленные брови.
– Может быть, лучше в гостиницу? – робко предложил он.
– Учи лучше свое новое имя, а все остальное предоставь мне! – резко ответила Герда,- Кстати, Шпен, ты надежно закупорил Эликсир? Если выльется хоть одна капля…
– Я перелил его в бутылку из-под коньяка…
– А куда дел коньяк? Выпил? Фу, то-то я чувствую, от тебя разит этой гадостью!
Шпендель предпочел промолчать.
– Слушай меня внимательно! – продолжила женщина. – Сейчас мы приедем на место, ты поднимешься и позвонишь. Если кто-то откроет – извинишься и скажешь, что ошибся адресом! Все понятно?
– Да, – хмуро отозвался он.
– Вот и отлично! – Герда устало откинулась на мягкую спинку.
Полчаса они ехали молча.
– Герда, я хочу есть! – в голос захныкал толстяк.
Женщина испуганно посмотрела на шофера, но, кажется, он был погружен в собственные мысли.
– Не смей меня так называть на людях! Меня зовут Ирина! – прошипела она. – Черт, тебя легче убить, чем прокормить. Ладно, сейчас найдем какую-нибудь забегаловку… Извините! Вы не подскажете, где здесь можно перекусить? – обратилась она к таксисту.
– Здесь недалеко гриль-бар, он открыт до часу ночи. Устроит?
Герда взглянула на часы:
– Отлично! Быстро купим что-нибудь с собой и поедем домой.
"Домой… – горестно подумал мужчина, – разве у нас есть дом?" Бар был уже почти пустым.
Бармен, привычно протиравший бокалы, с недоумением взглянул на вошедших – высокую рыжую женщину и смешного толстяка с чемоданом в руке.
Женщина кого-то ему напомнила, но кого… Ах, да! Очень похожа на ту, что разговаривала сегодня с Марфой… Странно! Нет, это не она… И у той не было царапин на лице… Ох, Боже, он же обещал позвонить! Бармен посмотрел на часы – стрелки показывали полпервого ночи. Может, уже не стоит? "Ладно, позвоню минут через двадцать – решил он, – когда отпущу посетителей и закончу дела".
В квартире никого не было…
Герда осторожно повернула ключ и открыла дверь. Из темноты к ним вышел настороженный серый кот.
– Тебя еще не хватало! – пробурчала Герда на кошачьем языке. – Что-то ты подозрительно похож на свою хозяйку… Или мне показалось?
Кот промолчал, испуганно глядя на нее.
– Наверное, показалось. Кошки часто бывают одинаково окрашены, у наследственности свои законы!
– Не умничай, Шпен, тебе это не к лицу, – раздраженно отозвалась женщина.
Толстяк смутился и повернулся к коту:
– Как тебя зовут, котяра?
– Мурза…
– Не боись, полосатый, все будет хорошо!
Подмигнув коту (свой брат, мужик!), толстяк взял пакет с едой и отправился на кухню. Голодный Мурза, подняв хвост трубой, потрусил за ним, опасливо оглядываясь на незнакомую женщину, от которой исходили волны зла вперемешку с чем-то очень знакомым…
Неожиданно раздался звонок.
