– Нет, ты не поняла… – рыжая хитро посмотрела на меня, – просто со смертью каждого человека всегда умирает одна маленькая елочка. Эти ваши идиотские обряды… Ну, это я к слову… Скоро утро… Я чувствую… Марфа, нам осталась самая малость – найти этот чертов выход на поверхность!
Выходим, а дальше ведешь ты. О, лишь бы они были там, где мы их ждем!
– Они будут там! Логика, Шейла – это страшная сила. И нам ничего не остается, как надеяться на лучшее, – улыбнулась я, – я не знаю, как кошки, но люди живут надеждой… А когда все закончится, ты будешь жить у меня, я тебя познакомлю с Мурзом, он классный парень, он тебе понравится!
Представляешь, у меня будет кошка, которая понимает человеческий язык? Мои друзья будут просто в шоке…
Мы улыбнулись и потерлись друг об друга носами.
– Шейла, – спросила я, – а расскажи мне про свою кошачью жизнь? Неужели она – одни сплошные лишения и опасности? Где романтика луны и ночных крыш, где поединки котов и коллективные песнопения?
Рыжая усмехнулась и лукаво посмотрела на меня:
– Ну, в котах недостатка у меня не было… А что касается романтики… Да нет, это просто обычная жизнь. Но, в отличие от человеческой, она не ограничена – хожу, где хочу, мяукаю, что хочу, люблю, кого хочу! Свобода, понимаешь? Естественная и хорошая свобода. Она не может развратить, потому что у кошек нет разума. А есть душа, эмоции, чувства. Этого вполне достаточно для существования, ты не находишь?
Я улыбнулась.
– Нет, дорогая, здесь я не могу с тобой согласится. Разум – это величайший дар природы. Но я все равно тебе завидую! Ты свободна и безгрешна. А чтобы совершить пакость, тебе пришлось стать человеком…
Мы рассмеялись.
– Слушай, – сказала я, – а если я не сумею добраться до Эликсира? Вдруг он так надежно спрятан, что… Ведь я же кошка, мои возможности невелики. Например, если он будет заперт в шкафу, я вряд ли его достану…
– Тогда придумай еще что-нибудь! Ты же умная… – Шейла внимательно посмотрела на меня.
– Я постараюсь. Все-таки я была руководителем! А вообще жаль, что ты не хочешь быть человеком, – вздохнула я. – Ты была бы моей лучшей подругой, правда. Быть человеком не так уж плохо, поверь!
– Знаешь, Марфа, я не слишком-то люблю людей, но ты мне определенно нравишься!
Мне стало тепло от этих слов, и, если бы могла, я бы покраснела.
– Ты замечательная! – продолжала кошка, – но все-таки я больше люблю свободу…
На секунду мне показалось, что в ее голосе скользнуло сожаление. Но, видимо, я приняла желаемое за действительное, как это было не раз.
Мне вдруг стало грустно – она действительно была бы классной подругой!
Я встряхнулась, отгоняя ненужные мысли, и неуверенно подняла свой кольчатый хвост:
– Шейла, нам надо выбираться. У нас совсем мало времени!
– Подожди, Марфа… Я еще кое-что хочу тебе сказать!
– Да?
– Давай поклянемся, что доведем это дело до конца и будем помогать друг другу!
– Давай!
– Если ты не будешь мне доверять, у нас ничего не получится. Помни об этом! Что бы ни случилось – ты должна мне доверять. Хорошо?
– Хорошо, хорошо… Только что нам делать сейчас? Мы явно забрели не на тот ярус, и теперь неизвестно, сколько суток здесь проболтаемся, прежде чем разберемся, где мы!
Рыжая задумалась.
– Вот что, – сказала она, – нам нужно найти Мать всех Крыс. Мне рассказывали о ней знакомые московские кошки.
– Что еще за мать?
– Самая главная тоннельная крыса. Ей подчиняются все крысы метро. У них здесь жесткая иерархия на основе матриархата. Придется идти к ней на поклон, чтобы дала проводника.
– А как мы ее найдем?
– Можно спросить любую крысу. Их тут навалом шастает.
– Но ведь мы же кошки, враги! Они сожрут нас!
– Нет, мы не враги. Кошки не живут в этих тоннелях, поэтому не могут быть врагами по определению! Большинство крыс в катакомбах никогда в жизни нас не видели!
– Господи, но ведь ты только что задушила крысенка! А теперь хочешь о чем-то просить его соплеменницу?!
При воспоминании о недавней трапезе желудок мой болезненно сжался. Шейла посмотрела на меня, как на последнюю дуру:
– Марфа, ты предпочитаешь гордо умереть с голоду в этих подземельях? Знаешь, милая, для того, чтобы добиться большего, иногда приходится поступаться малым…
– Шейла, ты циник!
– Не циник, а хищник! Это две большие разницы.
Я понуро смотрела на нее.
– Как скажешь. Ну что – пошли искать крыс?
– Похоже, они уже сами нас нашли… Смотри…
Я в страхе обернулась.
С двух сторон тоннеля к нам приближались сотни маленьких красноватых глаз. В считанную минуту мы оказались окружены со всех сторон мелкими острозубыми тварями… Размера они были вполне обычного, и я подумала, что сказки про огромных крыс не имеют под собой основания.
Зверьки выстроились в правильное карэ и ждали приказа, но пока были настроены вполне мирно.
Вперед выступил крупный палевый Крыс:
– Мы – дворцовая гвардия ее Величества Матери всех Крыс. Кто вы и что делаете в наших владениях?
Я с удивлением поняла, что понимаю крысиный язык, хотя командир говорил с явным крысиным акцентом. Наверное, все животные понимают друг друга…
– Мы – Кошки, ищем Вашу Мать! – гордо ответила Шейла.
