За кромкой леса действительно виднеется узкий шпиль башни-антенны. Его, впрочем, просто так не заметишь — на первый взгляд, только воздух дрожит над верхушками сосен, и только если долго присматриваться, точно зная, что должен увидеть, можно разглядеть изящную стальную конструкцию. Башня на месте, антенна выдвинута, а это значит, объект работает в штатном режиме.
— Ладно, слезай, — Руслан нетерпеливо дергает его за ногу, стремясь утащить товарища обратно под надежное прикрытие леса.
Они прокладывают путь между деревьями — где-то рядом вьется тропинка, но по ней идти рискованно. Тропинка протоптана местными, а местные сейчас попадают под определение «вероятного противника». Пусть задание и неофициальное — тем безупречнее следует его отработать.
— Чувствуешь что-нибудь? — спрашивает Игорь, догоняя напарника на относительно ровном участке склона.
Тот пожимает плечами, ловко перепрыгивает корягу — он не остановился ни на секунду за долгий переход, дышит ровно, движется размеренно и в то же время бесшумно. Игорь и сам уже не желторотый новичок — два года в десанте, полгода в спецназе — но рядом с Русланом до сих пор чувствует себя шумным и неуклюжим.
— Нет. Но я же не сенс и не предсказатель. Попробуй ты.
— Так я всю дорогу пытаюсь… Я ведь тоже не сенс.
Бойцов отряда «Ящер» отбирают по разным критериям и тренируют по разным программам — в зависимости от способностей. И если бы это было официальное задание, их группа была бы укомплектована хотя бы одним сенсом, то есть — «чувствующим». Но Агафон отправил тех, кого знал лично и кому доверял… точнее, он отправил Руслана, попросив взять с собой того, кому сам Руслан доверяет на сто процентов. Таким образом в сибирских лесах оказались двое бойцов со спецификацией «оператор» и минимальными способностями к сверхчувственному восприятию.
— Прозрения у любого могут случиться, — рассудительно замечает Руслан. — А ты тренируйся, полезно.
Мысленно вызвать в сознании образ объекта… Игорь видел его один раз — на учениях, и несколько раз — на фото. Белое здание, длинные бараки вдоль него, куполообразное основание антенны. Представить, что опасность окрашена ярко-алым… на мысленной «картинке» не появляется красных пятен. Игорь старается, но в итоге только начинает видеть красное мерцание по краям поля зрения, и чуть не падает, споткнувшись.
Руслан мгновенно разворачивается, подставляет руку, ловит его еще в начале движения. Нечеловеческая реакция.
— Спасибо, — Игорь улыбается благодарно, легко гладит товарища по предплечью, прежде чем отпустить руку. В ответной ухмылке Руслана сквозит что-то порочное. Игорь напрягается, но все же не успевает предугадать подсечку и, выругавшись, падает на землю.
— Не расслабляйся, рядовой, — Руслан радостно ржет, нависая над ним. — Это тут, в Сибири, глушь, а на Кавказе только споткнулся — а сзади джигит. Вах, какой жопа! Таких в горах днем с огнем нэ найти!
Он тянется ущипнуть Игоря, но тот перехватывает его руку, резким рывком укладывает его на землю рядом. Тянется к щеке, гладит осторожно, несмело. Руслан фыркает, точно породистый конь, целует его быстро, порывисто, жарко, и тут же вскакивает на ноги.
— Кончай валяться, дело не терпит. Обжиматься потом будем. В кустах у Агафона под кабинетом. То-то он порадуется!
— Аха, с кинокамерой прибежит, — ворчит в ответ Игорь, поднимаясь.
…знакомые очертания стен Объекта смутно белеют за деревьями. Колючая проволока — ерунда, долго ли умеючи, но есть еще самые совершенные системы слежения. А в задание входит, помимо наблюдения, попытка проникновения на объект. Если поймают — подполковник, конечно, возьмет ответственность на себя, даже бумагу задним числом состряпает — проверка для службы безопасности, мол. Но попадаться не хочется — они все-таки спецназ али кто? Хочется утереть нос заносчивому Аносову, начальнику местных спецов… Нос-Аносов, ха. Игорь тихо фыркает в кулак, не в силах подавить смешок. Отличный каламбур вышел, теперь его реализовать бы.
— По крайней мере, местных тут не наблюдается, — резюмирует Руслан, оглядываясь. — А то, судя по паническим докладам, они тут табунами ходили. С бубнами. Камлали, ага.
Игорь молчит, пытаясь в сотый раз сконцентрироваться на мысленном плане Объекта. Где же опасность, где?
С мозгом легко «договориться», объясняли им на тренинге. Убеди его, что любую информацию об опасности, полученную по сверхчувственным каналам, нужно представлять в виде красных точек — будут тебе красные точки. Хочешь звездочки, или звон в ушах, или жжение в левой пятке — пожалуйста, кому как удобнее…
В поле зрения внезапно попало что-то красное, и Игорь дернулся, не сразу сообразив, что это не мысленная «отметка» на схеме — это действительно красная тряпочка. Ленточка. Привязана к кусту.
Руслан уже заметил, куда смотрит его напарник, подошел осторожно, поддел ленточку прикладом.
— Местные, — прокомментировал он. — Это они развешивают. Подарки духам или что-то такое. Но здесь-то зачем, интересно?
— Может, у них тут… святилище?
— Капище, — поправляет зачем-то Руслан. И показывает куда-то в кусты. — Гляди-ка.
