Теперь не выходило вальяжно прогуливаться по палубе и любоваться местными закатами. Уже третий день подряд Корнел воспитывал Мейера, рассказывая о необходимости сотрудничества, силовых линиях ферр, альтернативных временных потоках. К слову говоря, Корнел и сам не особо разбирался в них, но важно было заставить Фабиана задуматься над тем, как достать наружу его настоящую силу.
Стайген молча присутствовал на каждой из встреч, но ему и в голову не приходило распинаться перед новым знакомым. Он предпочёл бы разрабатывать план атаки на цитадель, хотя понимал, что это пока нереальная задача. Даже в том случае, если бы у них в подчинении имелся весь оставшийся урсулийский флот, Алисон просто задавил бы их количеством. Да и моряки островов были более опытными и лучше знали эти воды.
Все понимали, что риск связываться со Штыком велик, но Стайген не боялся за себя. Он знал, что в случае поражения в этом противостоянии он подставит остальных. Корнела, который только начал разбираться в сложной сути всего происходящего. И Нику, которую мечтал увидеть несколько долгих месяцев.
Они сидели за столом втроём, когда Корнел протянул Фабиану карты.
– Будем играть? – улыбнулся Мейер.
– Я тебе сейчас сыграю, – проворчал на его реплику Стайген. Он плеснул себе в стакан местного рома и сделал большой глоток, потом отбросил в сторону мореходные карты. – Как ты видишь то, что будет дальше? Как это происходит?
– Я вижу лишь картинку, отстоящую на определённое время от реальности, – пожал плечами Мейер. – Ничего сложного в этом нет.
– Это так кажется. Ты настроил свой мозг на определённую отдалённость событий от реальности. И видишь, что случится, если ты задаёшь конкретные переменные. Ты слишком долго пользовался этим методом, поэтому дальше твоё подсознание заглядывать отказывается. Ты сам себя блокируешь, – прокомментировал Корнел.
– Может быть. Есть предложения получше?
Мейер вспомнил, как происходило в начале, когда он только обнаружил свои способности, и мысленно согласился с Корнелом. Пора на самом деле прекращать валять дурака.
– Попытайся не абстрагироваться от времени вообще. Представь, что мы играем не в карты, где, так или иначе, в течение некоторого промежутка времени противнику придётся сделать ход… или же колесо рулетки остановится. Ты же видишь, когда это примерно случится, да?
– Да. Вижу, – ответил Фабиан, потом добавил: – Но ведь порой я знаю и то, о чём не мог догадаться сам. Например, его появление в пещере. – Он кивнул в сторону ан Эрикса. – Или же то, что в Москве вдруг откроется портал и обрушится щит. Да многие случаи я просто не мог знать заранее. Но это приходит само, не по заказу.
– Потому что твоя ферра и твой мозг работают на заданной частоте. Сила круга ферр – это не магия заклинаний из привычных тебе фантастических фильмов. Она совсем иная, понимаешь? – терпеливо объяснял Корнел. – Каждая ферра – это взаимодействие с определённым типом вещества или элемента. Она затрагивает внутреннюю энергию самих атомов, элементарных частиц – протонов, электронов. А мозг адепта усиливает их в миллионы раз, направляя по заданной траектории. Вот только в твоём случае это не материальные частицы, а время и пространство, которые также являются частью вселенского бытия.
Фабиан тихо усмехнулся, пытаясь понять слова Корнела. Почему-то пока не увязывались в уме Вселенная и его способности, как бы он ни старался всё представить.
– Что же делать?
– Упростим задачу. – Корнел глубоко вздохнул и тоже потянулся за бутылкой с ромом. – Ты умеешь играть в шахматы?
– Представление имею. Но не увлекался.
– Конечно. Это тебе не просто картинку видеть. Здесь важен каждый ход, который задаёт вероятность последующих. Понимаешь, о чём говорю? – Корнел выдохнул. Он уже устал искать простой способ доходчиво объяснить Мейеру, что от него хотят. – Так вот представь, что мы играем в шахматы. Тебе нужно не просто видеть образ стола или мой, а то, к чему приведёт каждое движение. Будь то моё замешательство, или же то, что сейчас эта бутылка скатится на пол…
Корабль качнуло, но Корнел успел подхватить бутыль с ромом, почти ничего не пролив. Он протянул её Фабиану, одновременно поглядывая на задумчивого Стайгена, который сидел, скрестив руки на груди, и внимательно слушал их разговор.
– В то время, когда она падала, ты упустил верную мысль, что должен атаковать меня. У тебя проскочило несколько мыслей, но ты не выбрал ту, первую, верную. Случай помешал. Ты остановился на другой мысли и сделал ход. Такой же, на первый взгляд, но через пять ходов он приведет к иному положению на доске, которое и повлияет на исход игры. Так, что ли? – спросил Мейер.
– Вроде того. Ты же не знаешь заранее, сколько времени потребуется противнику на ход. Поэтому вводишь в разум все возможные переменные, чтобы потом при помощи своей силы увидеть итог. Жаль, что ты не умеешь читать мысли.
– Зато порой у меня получается вкладывать свои мысли в головы других. Недавно начало получаться, – поправился Мейер.
