Игра полностью

Я не могу пропустить игру. По всей видимости, это важнейшая игра в плей-офф. Если они выиграют, то вроде бы пройдут в полуфинал. Мне кажется. Я не уверена по поводу того, какой там порядок, но знаю, что Хантер будет благодарен, если я приду его поддержать.

Я сижу в передней части автобуса, свернувшись на сиденье у окна. К счастью, рядом со мной нет никого с фотографиями хорьков. У меня вообще нет соседа, поэтому у сумки есть собственное место.

Я: Да, все хорошо. Мы все обсудили в начале недели.

ОН: О. Ты не говорила.

Я: Ты не спрашивал:)

ОН: Мне жаль, что та фотка тебя расстроила. Не надо было ее тебе показывать.

Я: Нет, я рада, что ее увидела. Это было стимулом к тому, чтобы мы наконец ПОГОВОРИЛИ. В общем, ладно, как у тебя дела? Твой препод по литературе до сих пор жестит?

ОН: Ну да, но это мелочи. Мне интереснее, как вы ПОГОВОРИЛИ. Как все прошло?

Я: Ну, мы теперь официально вместе, поэтому, наверно, все прошло очень неплохо. Угадай, у кого опять есть парень, ахаха. Я сейчас еду в Бостон, чтобы сказать родителям.

ОН: Серьезно? Ты едешь до самого Бостона, просто чтобы сказать родителям, что с кем-то встречаешься?

Я: Ага.

Кривая улыбка щекочет мне губы. Да, телефонного звонка было бы достаточно. Или даже сообщения. Но родители – это огромная часть моей жизни. Нас всегда было только трое, и в семье мы ведем обсуждения лично. Наш маленький союз немного ослаб после того, как мы с Нико расстались, но папа хотя бы перестал подталкивать меня к нему вернуться. Правда, теперь он регулярно оставляет намеки по поводу того, что я должна перестать видеться с Хантером. Я честно не знаю, что его не устраивает в Хантере, кроме как то, что у него богатое происхождение, а это просто смешно. Папа просто чересчур пытается меня защитить, и мне хочется его переубедить.

И раз уж во мне сейчас столько смелости, заодно я скажу ему, что не буду поступать в медицинскую школу.

Что означает, что вечером я буду либо на игре Хантера, либо мертва.

ТИ-ДЖЕЙ: Что ж, удачи с этим. Твой папа же вроде его ненавидит?

Я: Не знаю, насколько он его ненавидит, но точно не одобряет.

ОН: Одно и то же.

Я: Нет. Но это неважно. Хантер – мой парень, и папе придется с этим смириться. Ладно, надо идти! Мы как раз доехали, хо.

Я убираю телефон и, надев парку, выхожу из теплого автобуса. Я иду по морозному воздуху через автостанцию к месту парковки такси. Заказывать «Убер» слишком холодно, поэтому я сажусь в стоящую машину и называю таксисту адрес.

Мама сказала, что у папы была ночная смена и он вернулся из больницы только в десять тридцать утра. То есть, скорее всего, сегодня я буду иметь дело с ворчливым папой. Это не идеально, но я не могу выстраивать свою жизнь вокруг папиного изменчивого настроения.

Когда такси доезжает до нашего дома, я глубоко вдыхаю и выхожу из машины. Мне приходится собрать в кулак всю свою смелость до последней капли, потому что мой отец не будет счастлив услышать то, что я ему скажу. Но Хантер прав: папа от меня не отречется. Я сердцем чувствую, что так не будет. Он может поворчать и подуться, но здания он не рушит.

Я просто должна буду твердо стоять на своем и не давать ему на меня давить, особенно по поводу медицинской школы. Пора мне перестать быть папиной маленькой девочкой и стать самостоятельной женщиной.

Как обычно, мои ноздри приветствует бесчисленное множество ароматов, когда я вхожу в дом.

– Мам? – зову я.

– Тут. – Она на кухне, а где же еще?

Я прохожу в дверной проем и чуть не поскальзываюсь на луже своих же слюней. Она жарит цыпленка с перцем и горохом, и пряный запах приводит меня к плите.

– Боже, мам. Пожалуйста, переезжай ко мне в особняк Теты, – прошу я. – Ты могла бы готовить для нас каждый божий день. Завтраки, обеды, ужины. – Я дрожу от чистой радости. – Это будет мечта, а не жизнь.

Мама фыркает.

Я обхватываю ее сзади руками и целую в щеку. Я пытаюсь стянуть кусочек цыпленка, и она хлопает меня лопаткой по ладони.

– Пошла прочь! Кыш! – Она машет руками, как будто пытаясь избавиться от назойливой мухи.

– Ты злая, – ною я.

Она закатывает глаза и продолжает готовить.