Игра полностью

– У меня осталось только около часа, – предупреждаю я. – Я вечером встречаюсь с Ти-Джеем.

– В городе или в кампусе?

– В Карвер-Холле.

– Тогда у нас куча времени. Карвер практически тут рядом. – Хантер смотрит, как я устанавливаю приложение. – Ух, это так интересно. Я буду опосредованно жить через тебя.

– Когда твой член еще действовал, ты сидел в таких приложениях?

– Не. Ты же понимаешь, как мне легко заняться с кем-то сексом, Семя.

– Как же ты зациклен на себе.

– Нет, я хоккеист. Я в буквальном смысле могу выйти за дверь, и там будет стоять женщина, готовая меня поиметь.

Наверное, он прав. Я еще не особо фанат хоккея, но стараюсь за ним следить, и моя любимая его часть – это когда полуголые мужчины дают интервью в раздевалке после игры. Поэтому я определенно понимаю, в чем дело.

– К тому же мы в колледже. Приложения для знакомств не так уж нужны, потому что все постоянно тусуются и общаются. В кампусе легко кого-то встретить.

– Тогда почему я это себе устанавливаю? – ворчу я.

– Потому что мы ищем определенный вид отношений. Когда ты ищешь что-то конкретное, то отсеиваешь все остальное. Да, можно сидеть в баре, ждать, когда к тебе подойдут парни, и пытаться понять, чего они хотят. А тут ты сразу видишь, что они ищут.

– Справедливо.

У меня щекочет внутренности от волнения, пока я создаю аккаунт. Я выполняю вход через номер телефона, потому что не хочу, чтобы мои страницы в социальных сетях были связаны с этим сумасшествием. Когда приходит время загрузить фотографию профиля, Хантер пододвигается ближе и смотрит, как я прокручиваю свою галерею. Он пахнет потрясающе. Это лесной мужской запах, и у меня возникает желание уткнуться лицом ему в шею и вдохнуть этот аромат. Однако, мне кажется, это будет истолковано как сексуальное домогательство.

– Что насчет этой? – Я нажимаю на фотку, на которой, как мне кажется, выгляжу очень милой.

Хантер упирается.

– Серьезно? Кого мы хотим этим привлечь? Молодых республиканцев? Нет. Фото профиля должно быть откровенным.

– В смысле «откровенным»? С голым телом?

– Конечно, нет, идиотка. Это вряд ли даже разрешено. Но эту фотографию, ясен пень, нельзя использовать. На тебе водолазка… и длинная свободная юбка? Ты выглядишь грузной, Семя. Ты хочешь, чтобы потенциальные поклонники, увидев тебя на фотографии, сказали: «Эй, что это за грузная телка?»

– Какой же ты мудак.

– Нет, я реалист. Не хочу быть мерзким, но блин! Этим чувакам плевать на твои личные качества. Им нужна твоя внешность. Они в буквальном смысле листают фотографии, именно по ним решая, хотят ли они встретиться с тобой.

– Ладно, хорошо. А эта? – На этой фотографии я одета в узкую майку и джинсовые шорты. Моя грудь прекрасно выглядит, а волосы распущены и перекинуты через плечо.

– Лучше. – Хантер одобрительно кивает. – Пока что отложи ее, мы потом все разложим в правильном порядке. – Он вырывает из моих рук телефон и начинает листать сам. – О, мать твою, да, эту точно надо включить.

– Ни за что. Я в купальнике.

– Вот именно. И ты выглядишь чертовски съедобно. Мы ищем парня, который будет тебя трахать, Деми. Из-за этой фотки я бы захотел тебя трахнуть.

К моим щекам приливает жар. О боже. Он сидит слишком близко, чтобы говорить такие вещи. И почему он так хорошо пахнет? Он всегда так пах? По-моему, мы еще не сидели так близко. Наши бедра соприкасаются, и его мускулистая рука прижата к рукаву моего тонкого свитера. Я чувствую через ткань жар его тела.

– Ты правда трахнул бы меня, если бы увидел это фото? – Я внимательно смотрю на свой купальник. Он красный, со стрингами, которые не скрывают практически ничего. Фотография была сделана на Саус-Бич моей подругой Эмбер.

– О да, – подтверждает Хантер, и я замечаю, что у него расфокусировался взгляд.

– Ты что, пытаешься представить, как я выгляжу под купальником? – возмущаюсь я.

– Да.

Я легко ударяю его в плечо.

– Эй, я тебе уже предлагала замутить. Ты отказался. Значит, теперь тебе нельзя обо мне фантазировать.

– Ладно, – ворчит он.

Мы выбираем еще несколько фотографий. Хантер настаивает на снимке в полный рост, снимке лица, где я смотрю прямо в камеру, и снимке, на котором я улыбаюсь с зубами, потому что, оказывается, если ты не показываешь зубы, то у тебя рот, как у старика-британца. Еще он рассказывает о правиле по поводу фильтров в «Снэпчате» и любых селфи сверху. По словам Хантера, это «угол лжи».

– Как насчет этого снимка меня с друзьями в качестве последней фотографии? – предлагаю я. – Так все увидят, что я общительная.

– Ни в коем случае. Ты с кучкой парней. Это пугает.

– Почему?

– Ты издеваешься? Они похожи на огромных баскетболистов.

– Ну да, потому что они и есть огромные баскетболисты.

Хантер закатывает глаза.

– Опубликовывая это, ты, в общем-то, говоришь, что это твой типаж. Любой, кто так не выглядит, побоится тебе написать.

– Ты настолько хорош в этом, что это даже пугает, – сообщаю я.

– Это здравый смысл, Семя. Теперь давай заполним твой профиль. Лучше писать все кратко. Мои рекомендации? Три буквы. «П. Х. С.» – «просто хочу секса».

– Ни за что.

– Ага. То есть у тебя другие намерения?