– Я думаю, они просто хотели наделать шума. Понимаешь, это все, чем являются социальные сети, ведь так? Мы ничего… не продаем! – Она раскрывает и сжимает ладони, показывая, что они пусты, и движение отзывается удовольствием в мышцах. – Мы ничего не производим. В действительности ничего этого нет! Нас не существует! Infinitear не существует! Глюк Валентайн не существует! Я думаю, они так увлеклись шумихой вокруг игры, что забыли придумать саму игру! Что ты об этом думаешь?

Эми смотрит на нее, слегка приоткрыв рот и двигая челюстью из стороны в сторону.

– Я… думаю… что с этими напитками что-то не так…

А потом для Глюк время делает странный скачок. Как игла на старом проигрывателе, не попавшая в дорожку. Как внезапный перескок вперед после зависания прямого эфира. Как бывает в видеоиграх – глюк.

А в следующий момент она осознает, что сидит на бортике яхты, уставившись вниз на воду, и вода ее манит.

Позади нее, вокруг нее снова мужской голос вещает в микрофон:

– Ладно, игроки! Давайте устроим небольшую разминку! Эта часть игры называется «Цыпленок», только это не совсем тот «Цыпленок», который всем вам известен. Я разделю вас, игроков, на пары, вы будете бороться, и проигравшие станут цыплятами! – Он делает паузу, а затем добавляет: – Ах да, дополнительные баллы, если мы увидим сиськи!

Глюк видит, как пара девушек начала шуточно толкать друг друга. В одной из них она с ужасом узнает Эми.

Еще один скачок времени, и она на коленях в странной маленькой ванной. Здесь жарко, и ей очень хочется пить, но все эти коктейли на палубе не помогают утолить жажду. Напитки как морская вода в той старой поэме. Вода, вода одна…[22] Чем больше пьет, тем сильнее мучает жажда. Она весь день не ела, но тело отчаянно хочет очиститься. Прямо сейчас мысль о еде почему-то вызывает отвращение.

Снаружи, наверное, коридор, потому что за дверью звучат неясные голоса.

– Что ты там пытаешься натянуть? – спрашивает мужчина, тот, что главный.

– Что? – застигнутая врасплох женщина. Акцент южный, но на Эми не похож. – Я… я…

– Не делай из меня идиота! – Тон мужчины совершенно не для камеры. – Ты раздеваешься за деньги, но собралась реветь из-за того, что немного оголишься для моей платформы? Ты хоть представляешь, сколько пришлось вложиться моим инвесторам, чтобы доставить тебя сюда из этой гребаной клоаки Таллахасси. Я думал, ты профи.

Таллахасси… В голове у Глюк сквозь туман что-то щелкает. Флоордью! Лиза… Симпсон? Нет, дура! Мэйфлауэр? Лиза Мэйфлауэр?

– Ты меня смущаешь, – тихо говорит Лиза. – Мне нужно в туалет.

– Иди и подумай, для чего ты здесь. Если не захочешь участвовать, так и быть. Мы подсчитаем, сколько ты должна нам за перелет и проживание плюс лимузин и напитки, и ты сможешь покинуть яхту и самостоятельно вернуться домой.

– Но… Мы же на воде…

– Ты ведь умеешь плавать?

Пауза. Ванна продолжает свое неустанное вращение вокруг Глюк.

Мужчина громко хохочет.

– Эй, я пошутил! Расслабься. Это всего лишь игра.

Еще один сбой во времени. Она снова на палубе. Что-то происходит. Что-то серьезное.

Мужчина включает микрофон:

– Пришло время объявить нашего первого победителя этого вечера! У ваших фанов было несколько часов, чтобы познакомиться с вами и сделать ставки. И я с удовольствием объявляю первого победителя игры!

Глюк думает, что это будет волнительно, но почему-то все не так.

– Наш первый победитель с призом в пять тысяч евро это… двенадцатый игрок! Встань, двенадцатый игрок!

Двенадцатый игрок это Infinitear. Эми Чоу. Она пытается встать, чтобы получить свой приз, но не может сделать это самостоятельно.

<p>61</p><p>Третий игрок</p>

Саре это не нравится.

В этом фильме все прекрасно проводят время. И все же почему-то кажется, что никому не весело. Есть что-то вне поля зрения объектива, что тебе почти видно. Это как погрузить босые ноги в теплую воду и почувствовать холодное скользкое движение проплывающего мимо угря. Что-то здесь не так. Это видно по расширенным зрачкам девушек и их замедленным, неуверенным движениям.

Время идет, вечеринка продолжается. Наблюдая за происходящим, Сара испытывает нестерпимую неловкость, и она явно не одинока. Мэгги позади нее смотрит сквозь растопыренные пальцы, как ребенок на фильме ужасов. Оглянувшись, Сара видит, что Бретт грызет ноготь большого пальца, и даже у Бенишека, звезды шоу, на стремительно синеющем лице появилось затравленное выражение. Перед ним лежит блок с ножами, которыми Бретт, к счастью, не успел воспользоваться. Сара задерживает на блоке взгляд на пару секунд. Тот валяется на боку с четырьмя торчащими рукоятками, которые выглядят как опрокинутые именинные свечи.

За спиной Бенишека на нижней ступеньке сидит Линда и беззвучно плачет. Сара ее понимает. Если все происходящее на экране действительно игра, то что прямо сейчас заставляют делать Алиссу, девочку-подростка, дочь Линды? Что заставляют делать Ханну? Сара чувствует тошноту.

Перейти на страницу:

Похожие книги