Это приглашение. Рассеянно потирая нижнюю губу, она переводит взгляд с почтового индекса на таймер. Это и есть «встреча». Почтовый индекс начинается с HD, что означает Хаддерсфилд, Западный Йоркшир. Осталось чуть больше пяти часов, и с каждой секундой времени становится все меньше. Таймер остановится сегодня в пять. К концу дня так или иначе все это закончится.
Нет. Не так или иначе. Только так. Только так, как нужно ей. Надо пошевеливаться, она и так уже потеряла слишком много времени. Если у нее получится приехать туда раньше, она сможет осмотреться на месте. Она уже должна быть там, поджидать, наблюдать.
Наблюдать за чем? За кем?
Еще один резкий приступ боли в животе зовет ее в ванную. Подвинувшись на край, она спускает ноги с кровати и слышит голос, ясный как день.
На какую-то душераздирающую секунду она представляет, что это реальность, что ее дочь здесь, с ней в комнате, и она поворачивается так быстро, что едва не опорожняет мочевой пузырь тут же, на месте. Но комната пуста, а голос невероятно юн. Это не более чем остатки сна, который она видела. Она думает, это воспоминания, но воспоминания о чем? О чем-то случайном, чем-то плохом. Линда позволяет себе болезненный взгляд в прошлое.
Алисса на своем дне рождения – шестом? Седьмом? Слишком много лет назад – в руках у нее белая коробка в обрывках розовой оберточной бумаги. Это чертово «Нинтендо», которую распродали по всей стране, и Линде с Ричардом пришлось ехать за ней в Лондон. Лицо Алиссы, уже тогда такое красивое, поначалу восторженное, но постепенно тускнеет, хмурится, потому что едва она успевает открыть свои подарки, как ее мама уже надевает обувь и поглядывает в сторону входной двери.
Линда в форме подходит к дочери, чтобы поцеловать:
– Тебе придется попросить папу установить его. Мне нужно ехать в участок.
– Но мы можем все вместе поиграть! Мы можем поставить боулинг, и это будет как настоящий турнир, можно почувствовать, будто ты в игре, там выбираешь лицо и одежду и двигаешь руками с контроллером, как будто в жизни…
– Позже, Алисса, – отрезает Линда коротко, резко, устало. – Просто поразвлекай немного себя сама, ладно? Позвони Джорджии, спроси, не хочет ли она прийти и поиграть с тобой.
Алисса мрачнеет и отворачивается. Ричард, скрестив руки на груди, стоит у входной двери.
– Она не разговаривала с Джорджией почти неделю. Говорит, та украла у нее гелевые ручки с запахом. Я тебе рассказывал.
– Ах да, гелевые ручки. Конечно. С запахом. Ричард, чего ты от меня хочешь? Чтобы я составила рапорт? Они дети, завтра или послезавтра они помирятся, ты же знаешь, как у них это бывает.
На лице у Ричарда то самое выражение, которого она терпеть не может, тот взгляд, который и положил конец их отношениям.
– Лин, сегодня суббота. День ее рождения. Ты говорила, что подменишься.
Линда открывает глаза и трясет головой, отгоняя воспоминания, потому что они не несут ничего, кроме боли. Это не имеет никакого отношения к тому, что творится сейчас. Воспоминания начинают таять, оставляя после себя лишь эхо.
Линда останавливается, прижимая ладонь к ноющему виску, обдумывая сон-воспоминания, послание от своего же подсознания.
Пятый игрок. Она Пятый игрок, стоящий возле кровати дочери в Лутоне, в Англии, сейчас почти полдень вторника. Она Пятый игрок.
Так где же Первый, Второй, Третий и Четвертый игроки?
Она кладет ноутбук на раковину в ванной и включает его, пока садится на унитаз. Сделав свои дела, Линда относит гаджет в гостиную и открывает браузер. Ей хватает ввести всего пару букв, чтобы предиктивная строка браузера подсказала то, что ей нужно. Все чаще и чаще она посещает это место.
Стартовая страница сайта – изображение семиконечной звезды над двумя дубинками, скрещенными в виде икса. Цветовая гамма, разумеется, синяя.
Она нажимает клавишу ENTER, отклоняя всплывающее окно и его условия, которые знает наизусть:
