Растрепанная… Черные пряди прилипли к вспотевшему лбу. Аккуратные пухлые губки приоткрыты, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха…
Я почувствовал, как кольнуло в паху от резко прилившей крови.
А я сильно соскучился по тебе, крошка…
Сняв с себя шлем, я с садистским удовольствием наблюдал, как увеличиваются ее и без того огромные карие глаза, наполняясь удивлением вперемежку со страхом.
— Ты?! — прошептала она.
— На этот раз ты сильно накосячила, Наяна! — сказал я, стараясь придать голосу серьезный тон, чтобы скрыть свое возбуждение.
Я не заметила, как снова задремала. В этот раз даже что-то присниться успело. Открыв глаза, я ничего не увидела, лишь кромешную тьму, и нисколько этому не удивилась, ведь на моих глазах была глухая повязка, не пропускающая ни единой частицы света. Я вытянула затекшие ноги, меняя положение тела и усаживаясь поудобнее на жестком матрасе. Руки были привязаны ремнями к стене по разные стороны от меня так, что я могла их выпрямить или согнуть, но не могла дотянуться до лица. Сделали это, судя по всему, для того, чтобы я не могла воспользоваться когтями своей левой руки и разорвать ремни, или чтобы не снять маску.
Сейчас была глубокая ночь. От навалившихся на меня событий за прошедший вечер, от усталости и стресса, а может, от внезапно наступившей темноты и тишины, меня постоянно тянуло в сон. Я изо всех сил старалась держаться и не уснуть, чтобы не пропустить того момента, когда придет Итан, но давалось мне это с большим трудом.
И снова я оказалась его пленницей. Но на этот раз, как мне показалось, что все будет намного серьезнее.
Когда альфа, который буквально растоптал нашу троицу, снял шлем, я была не готова увидеть лицо Итана. Понимание происходящего окончательно раздавило мою, и без того надломанную решимость. Выходит, что все это время мы оказывали вооруженное сопротивление военным, отказываясь отдавать пленницу. Оправдываться прямо на месте было бесполезно к тому же Дакер, которого скрутили подоспевшие солдаты, вел себя весьма агрессивно, выкрикивая матерные проклятия и угрожая расправой. Маришу без лишних вопросов подняли на руки и быстро унесли из помещения.
Дальше происходило все очень быстро. Мне одели на голову черный мешок, сковали руки за спиной и быстро повели вперед. Слышался топот тяжелых ботинок. Потом были гудящие звуки, чувство перегрузки и полета. Посадка. Выход. Снова ведут по кораблю. Куда-то заводят и снимают мешок. Белая ослепительно яркая комната. С меня стаскивают мой защитный боевой костюм и нижнее белье, заталкивают в кабину, похожую на паровую, и обдают со всех сторон обеззараживающим паром. Следующая кабина. Меня сканируют лучи.
— Посторонних предметов, оружия или инородных веществ не обнаружено, — услышала я мужской голос, — Левая рука частично модифицирована.
Потом на меня напялили темно-синюю тунику и штаны, вернули на голову мешок и повели дальше. Мое путешествие закончилось в тюремной камере. В тот короткий момент, когда с меня сняли пакет и надели на глаза маску, я успела увидеть небольшую камеру с матрасом на полу и нужник в дальнем углу. Меня толкнули на матрас, приковали руки к стене и оставили одну.
Я рассчитывала, что допрашивать меня будут сразу, но, у Итана, видимо, были другие планы. Возможно, он решил начать с Дакера или Мариши. Не знаю, поверит ли он мне… Дакеру точно нет. Остается надеяться только на Маришу.
Все эти мысли и переживания окончательно измотали меня и отняли последние силы. Я провалилась в глубокий сон и не слышала, как отъезжает дверь камеры. Не чувствовала, как мои руки освобождают от ремней. Не чувствовала, как задирают вверх тунику и стаскивают штаны…
Резкая боль заставляет меня проснуться и закричать.
Нет. Замычать…
Мой рот и нос крепко зажимает большая ладонь. Мужчина, лежащий на мне, делает еще одно мощное движение, грубо врываясь и больно растягивая, отвыкшую от проникновений плоть. Пытаюсь пошевелить руками, но они связаны и прижаты к матрасу. Чувство страха начинает сковывать мое тело и парализовать сознание.
Спокойно, Наяна!.. Это же Итан!
Пытаюсь успокоиться, но расслабиться не получается. Слишком грубые, слишком нетерпеливые толчки! Слишком мало воздуха!
Он убирает большой палец, освобождая мой нос, и я жадно втягиваю воздух… А потом со стоном выдыхаю его, потому что толчки становятся быстрее. Боль моментально растворяется в волне возбуждения, которая накрывает меня с головой. Его огромный член, едва помещаясь во мне, продолжает врываться на всю глубину, заставляя испытывать меня безумное наслаждение и нарастающий экстаз.
Как же давно я этого не чувствовала!.. Как же я скучала!..
