– Не вы одни ищете скакуна, – свистела Берта, кажется, слегка обиженная на рассеянность Шамзина, – рыцари-латники тоже в поиске. И тролли с ними. Я от души надула им в уши. Но они быстро выздоровеют. И скоро достигнут цели.
– Тёмный Принц, – проскрипел Пан. – Мы должны найти скакуна раньше его. Можешь отнести нас туда? Так же, как принёс нас сюда.
– Не успеем, – отвечала Берта, – рыцари уже совсем близко. Вы должны оказаться там до рассвета. Я не справлюсь.
Анук была почти в отчаянии. Неужели всё так безнадёжно! Цель видна, но до неё не добраться вовремя!
– Ты не справишься, – заговорил принц Ки, сверкая глазами, – а если вы все вместе?
– Ты хочешь, чтобы все ветры разом несли корабль… – отозвался Шамзин. – На такое ещё никто не решался. Это может быть опасно. Даже очень опасно.
– Тебе решать, Анук, – не уступал Ки, – ну, и пиратам, конечно. Это же их корабль.
– Что? – рявкнул капитан. – Кто-то тут не хочет нам помочь? – И он стал со свистом рубить воздух кухонным ножом, которым только что резал хлеб. – Погоди же, – бушевал пират, – я тебя укорочу так, что вообще ничего не останется.
– Ну? – не унимался Ки. – Что скажешь?
Если по правде, Анук было боязно. Эти вихри могут разнести корабль в щепки. Страшно! За свою жизнь. И за жизнь всех на борту. Но страшнее всего – за Майю. И этот страх вернул Анук мужество. Она выпрямилась. Если ей нужен боевой скакун, достойный героя, значит, придётся стать героем.
– Один друг мне сказал: если не веришь, что перепрыгнешь яму, то непременно в неё свалишься. Не хочу никуда падать.
Ки засмеялся, Пан застонал.
– Тогда вперёд, – скомандовал Ки. – Перепрыгнем яму!
Пираты молниеносно убрали всё, что было на палубе, в трюм. По лицу Пана было ясно: он не в восторге от этой затеи. Больной лихорадкой выглядел бы теперь лучше, чем шимпанзе, которого семейка ветров вот-вот помчит через пустыню. Не дать ли ему трав из мешочка? Но там осталось совсем немного, нечего разбазаривать драгоценный запас без крайней необходимости, ещё понадобится. Анук подумала о своём каменеющем сердце. Кто знает, сколько листьев ещё понадобится ей самой.
Верещавший Пан и верблюд остались в трюме, Анук и Ки поднялись к капитану на палубу. Шамзин ждал на носу корабля. Шесть толстых канатов крепились к поручням и были жёстко натянуты, будто их тянули чьи-то руки.
– Самые быстрые из моих детей, – с гордостью объявил старик.
Канаты задёргались, как будто на другом конце пританцовывали на месте горячие кони.
– Они отвезут вас на самый край пустыни. Со скоростью ветра. – Старик захихикал над своей шуткой, щёлкнул пальцами, и кто-то из его детей поднял его в воздух. – Был сердечно рад познакомиться с тобой, игрок Анук, и с твоими друзьями. Для меня это знакомство стало целебным. Хотел бы дать тебе один совет… Неважно, каким оружием ты пользуешься и какой у тебя конь, одно только сердце поможет тебе одолеть Тёмного Принца. Держись за своё сердце и за свою доброту!
Ветер снял его с борта и отнёс на несколько метров от корабля.
– Спешите, дети мои, – обратился заклинатель к ветрам, запряжённым на концах корабельных канатов. – Торопитесь как никогда! Игрок должен победить.
Через секунду корабль рванул с места к горизонту, и Анук чуть не задохнулась от скорости.
Времени будто не существовало. Секунды, минуты, часы – Анук не могла ничего определить. Они мчались сквозь ночь, звёзды в небе из точек превратились в сплошные линии. Анук сидела, прижавшись спиной к мачте, лицом по ходу корабля, и глядела на мир, что открывался ей навстречу. Девочка прикрывала глаза ладонью, встречный поток воздуха щипал лицо. На плече у неё стоял принц Ки и небрежно держался за прядь её волос.
– Мы не упадём, не упадём, – повторял листовик.
Анук молча кивала. Ещё недавно она была в отчаянии, теперь же в ней снова росла уверенность, что она сможет одолеть Тёмного Принца и его латников, сколько бы тот ни обманывал, сколько бы ни жульничал. Её сердце билось уверенно и ровно. В груди больше не чувствовалось ни холода, ни каменной тяжести.
– Гляди! – крикнул Ки.
Солнце медленно поднималось над дюнами. Проклятье! Берта говорила, они должны успеть до рассвета. Анук беспомощно обернулась к капитану. Тот стоял у штурвала, хотя и не мог никак управлять кораблём в этом полёте. Судно несли шесть бурь. Но капитан решил помочь, чем мог. Он взял рупор и закричал:
– И это у вас называется скорость, ветерки? Да моя бабушка бегала быстрее вас! А я унаследовал её талант. Обожаю бегать наперегонки!
Ответом ему был гневный свист, в котором Анук разобрала только: «Наглая пиратская рожа!» Корабль понёсся ещё быстрее, почти не касаясь песка. Анук казалось, она слышит стенания и вопли Пана. Корабль летел над песчаными дюнами. И вдруг так резко остановился, что Анук и Ки рухнули вперёд. Анук больно ушиблась о поручни.
– Так лучше? – послышался весёлый голос грозы и смех ветров.
