Бекетов положил трубку, взял из пепельницы погасшую сигару, прикурил. Он подошел к журнальному столику, отхлебнул коньяку и, попыхивая сигарой, вернулся к телефону. Снял трубку, набрал номер:
— Это я.
Голос из трубки сонно проворчал:
— Ты не мог еще позднее позвонить? Я уже спать лег.
— Не рычи попусту. Помнишь, ты моим новым приобретением интересовался? Парень, который мне его продал, звонил пять минут назад.
Голос на другом конце провода сразу окреп, все признаки сна пропали.
— Воронов?
— Да, Воронов.
— Что он сказал? Ты можешь меня на него вывести?
— Если ты мне пообещаешь право первого выбора из того тайника, я отдам тебе парня.
— Если ты мне не отдашь Воронова, я не могу тебе обещать ничего определённого.
— Тогда я договорюсь с ним. Я коллекционер, меня ваша грызня не интересует.
В трубке помолчали.
— Хорошо, обещаю тебе.
— И сходные цены.
Голос возмутился.
— Ну, это уже грабеж!
Бекетов меланхолично парировал:
— У Воронова я купил крест за гроши.
— Ну, так и договаривайся с ним.
— Ты можешь перехватить его потом, позже. Но на данном этапе шансов у него больше. И потом, я не возьму все, только часть.
— Ладно, говори.
— Через полчаса он будет у меня.
— Сейчас я пришлю своих ребят. И не переиграй, на этот раз я хочу взять его тихо.
Бекетов положил трубку. Довольно потер руки, подошел к столику и, налив еще коньяку, со вкусом выпил…
Найдя нужный дом, Ким вошел в подъезд, поднялся на четвертый этаж и остановился перед бронированной дверью. Нажав на кнопку звонка, выждал, позвонил еще. Дверь распахнулась. Бекетов отступил в сторону, приглашая в квартиру:
— Прошу.
Ким прошел в роскошно обставленную гостиную. Бекетов, войдя следом, пригласил его сесть и сам опустился в кресло напротив.
— Хотите коньяку?
Ким кивнул. Достав бокал, Бекетов разлил темную, маслянистую жидкость.
— Итак, я слушаю вас.
— Петр Афанасьевич, вы были правы, предполагая, что у меня помимо креста имеется еще кое-что. Но не здесь. Мне предстоит поездка…
— Куда?
Заметив удивленный взгляд Кима, Бекетов поправился, поняв свою оплошность:
— Ах да, простите, я немного увлекся.
Ким продолжил:
— Мне предстоит поездка, но в ближайшие два-три дня я не могу покинуть город, у меня есть на это причины. Ситуация такова, что я вынужден на это время исчезнуть, залечь на дно. Вы меня понимаете?
— Да, конечно.
— Я хотел попросить вас о помощи.
Помолчав, Бекетов спросил:
— Вы больше ничего не хотите добавить?
— Сожалею, но не могу.
Бекетов вынул новую сигару из коробки и принялся ее раскуривать. Какой-то червячок сомнения тревожил Кима. Он незаметно осмотрел полутемную гостиную, спросил:
— Вы один живете?
— Что? Ах, да. Я, знаете ли, старый холостяк.
— А мне послышался звук, там, в квартире.
— Это кошка. Знаете, люблю животных.
Ким мысленно выругался. іТебе уже везде опасности мерещатся, супермен хренов. Лучше бы Оксану с Сергеем одних не отпускал, не было бы сейчас этой проблемыі. Вслух спросил:
— Ну так как по поводу моей просьбы?
Бекетов выпустил струйку дыма, побарабанил пальцами по столику.
— Хорошо, я помогу вам, Ким Георгиевич. Но с одним условием. Вы обязательно ознакомите меня с вашим…м-м-м. С вашей коллекцией. Я хочу быть вашим первым покупателем. Я подчеркиваю — первым. Запомните, при любой ситуации. Договорились?
Ким насторожился, почувствовав в его словах какой-то скрытый намек.
— Что значит, при любой ситуации?
— Ким Георгиевич, в жизни всякое может случиться, и я…
Шорох за спиной заставил Кима насторожиться. Он напружинился, намереваясь повернуться, но не успел этого сделать. В шею ткнулся холодный металл пистолета, и голос, грубый, с придыханием, прохрипел:
— Не двигайся, Воронов. И не думай, что это огурец. Где парень и девка?
Ким скосил глаза, рассмотрел волосатую руку с пистолетом.
— Не знаю.
— Не финти. Ты же знаешь, что шутить с нами не надо.
Бекетов подал голос:
— Не стоит устраивать баталий у меня в доме.
Ким с ненавистью посмотрел на него:
— Хорошая у вас кошка, породистая…
Бекетов картинно всплеснул руками.
— Ким Георгиевич! Если бы вы только знали, на какие жертвы я готов пойти ради искусства. Но мое предложение остается в силе. Вы меня понимаете?
— Теперь понимаю, куда понятнее. И добавил в ярости, длинно и непечатно, — … твою мать!
— Хватит ваньку валять, говори где парень с девкой.
— Да пошел ты…
Тяжелый удар по затылку прервал Кима на полуслове…
Машина остановилась у входа в красное кирпичное здание с массивными дверями из дуба. Так же, сохраняя молчание, поднялись на второй этаж. Болотов, распахнув дверь одного из кабинетов, вошел, включил свет, сделал приглашающий жест рукой.
— Прошу.
За спиной маячил молодой. Оксана и Сергей вошли, присели на стулья, стоящие вдоль стены. Сергей спросил:
— На каком основании нас арестовали? Где санкция прокурора на арест?
Болотов возразил:
