Красивая молодая актриса Челси Дюран сумела использовать свой шанс. Она – звезда Бродвея. Ее новый любовник – знаменитый голливудский актер. Все складывается просто как в сказке! Однако мир сцены жесток и изменчив, здесь жизнь и игра сплелись в неразрывный узел, а интриги подчас могут стать смертельно опасными. Сумеет ли Челси пройти испытание славой? Сможет ли разглядеть среди блеска мишуры истинное, глубокое чувство?
Оглушительный выстрел пронзил мрак зрительного зала театра «Юниверсал», мгновенно потонув в истерических криках и хаосе толчеи. У Челси Дюран перехватило дыхание, она в ужасе вскочила со своего места в первом ряду, силясь понять, что же произошло. Все, кто находился на сцене, замерли. Челси знала, что дурацкий героизм Коди будет стоить ему жизни. Но где-то в глубине души шевельнулась горькая мысль: он этого вполне заслуживает.
Но она-то чем лучше его?
Что-то влажное коснулось ее щеки, Челси моргнула, но даже не шелохнулась. Она ощутила движение руки Брайана, словно тот хотел ее защитить. Или, может, он просто приложил ладонь к глазам, желая получше рассмотреть, что происходит? Челси почувствовала, как остро нуждается в нем. Именно сейчас Брайан был нужен ей, как никогда. Но как она смеет мечтать о его теплых, чистых и сильных объятиях? После всего, что она натворила, как же можно рассчитывать хоть на какое-то внимание с его стороны? Ничто вначале не предвещало беды. Все было так восхитительно – мечта, ставшая явью: в одно прекрасное утро Челси проснулась звездой, сенсацией Бродвея.
…Но греза рассеялась будто дым.
Так как же нечто столь прекрасное могло обернуться таким горем? Всего за несколько месяцев множество человеческих жизней вдруг оказалось испорчено, искорежено, разбито и непоправимо разрушено!..
…Нет, невероятно! Разыгравшаяся только что сцена была кошмаром с каким-то странным оттенком ирреальности. Ведь это только пьеса.
В ушах Челси еще звучали те слова, такие трогательные и пугающие одновременно. Разве это не доказательство? Доказательство того, что трагедия все-таки произошла. И теперь уместны только слезы – потоки слез! Пусть никто не останется здесь равнодушным. Сегодня на дверях «Глобуса» черный флаг: играют трагедию.
Словно в забытьи, Челси рассеянно провела рукой по щеке, где еще оставался влажный след. Мельком взглянув на кончики пальцев, она снова уставилась на сцену. Какое-то время она смотрела перед собой, затем в ужасе поднесла дрожащую ладонь к глазам: даже полумрак зала не оставлял никаких сомнений. Все вихрем завертелось у нее в голове, во рту пересохло, губы задрожали. В тусклом свете прожекторов она различила этот алый цвет. Кровь!
Ее глаза снова устремились на сцену. Но чья?
Все разъяснилось мгновение спустя, когда мертвое тело с грохотом рухнуло на пол. Зал наполнился новыми криками ужаса, отчего Челси страшно хотелось заткнуть уши. Шум вокруг. Ясность ума вернулась к Челси только тогда, когда Брайан резко тряхнул ее за плечи: оказывается, она сама, поддавшись общей панике, зашлась в отчаянном истерическом крике. Никакая сила не могла заставить ее оторвать взгляда от того, что произошло на сцене.
А ведь вначале все было так хорошо…
Именно поклонники и зрители вынуждают нас совершать все эти безумства.
Ей нравилось дразнить мужчин, даже если это и оборачивалось для нее неприятностями.