Карл окончательно понял, что речь пойдёт о чём-то незаконном. Иначе такая конспирация была бы не нужна. Только любопытство удерживало Гроссмана на месте.
— Суть моего предложения такова: мы осуществляем обмен, — Красс сдвинул ладони вместе и начал легонько постукивать кончиками пальцев друг о друга, — вы выполняете некоторые мои просьбы, а я взамен помогаю вам.
— Чем?
— Вы деловой человек, Карл, — коротко усмехнулся Красс, — сперва думаете о выгоде, и только затем об услуге. Мне это нравится. Вам интересна финансовая помощь?
— Я занимаю высокий пост и в деньгах не нуждаюсь, — произнёс Карл, вспомнив о своей мечте. Если Красс прямо сейчас не предложит ему чего-то стоящего, им не по пути.
— Может быть, содействие повышению по службе будет весомой наградой? — словно уловив мысли Карла, сказал Красс. — Вы бы хотели стать, к примеру, министром военного ведомства? Риска никакого. Через пару месяцев займёте место Айро. Я гарантирую.
Последняя фраза прозвучала так, будто сказанное было уже свершившимся фактом. Карл согласился без колебаний. Едва ли ему представится ещё один шанс осуществить мечту так скоро. Ждать десять лет? Увольте.
Под кораблём плыла Тиора, одна из немногих планет с пригодной для дыхания атмосферой. В её ночи не светили яркими жемчужинами города, не тянулись тонкие нити автострад. Это был тёмный, неуютный и пугающий мир.
Крис вспомнил историю Тиоры. Ныне забытая большинством людей, эта планета стала домом для Детей Природы — общественного движения, полностью отвергавшего научно-технический прогресс. Дети с самого начала эры имплантации не захотели совершенствовать свои тела при помощи роботизированных протезов и нейрочипов. Они говорили, что слияние человека и машины разрушает душу, и хотели остаться «чистыми».
Убедив правительства поселить их в заповедных зонах, они стали жить почти первобытным обществом, охраняя последние места обитания редких животных и растений. Получая от стран медицинскую помощь, Дети взамен поддерживали природный баланс национальных парков, территории которых неумолимо уменьшались под натиском выработок полезных ископаемых.
Долгое время Детям удавалось мирно жить рядом с остальным человечеством, уходящим всё дальше и дальше по лестнице прогресса. Но космогеология всё ещё пребывала в зачаточном состоянии, а производство требовало всё новых и новых ресурсов.
Изобретение А-двигателя, или двигателя свёртки, как его все называли, открыло новые горизонты. Были основаны города на Марсе, открыты первые пригодные к колонизации внесолнечные планеты — Гинора и Тиора. Человечество устремилось в космос, надеясь найти там решение ресурсного кризиса. Гинора оказалась раем для заселения, а Тиора — напротив, планетой-пустышкой почти без полезных ископаемых.
Для развития космогеологии и межпланетных перевозок требовались ресурсы, и человечество начало наступление на последние месторождения Земли, расположенные под национальными парками. Жизненные пространства Детей Природы начали стремительно сокращаться.
Не выдержав давления, Дети Природы предложили простой выход: человечество отдаёт им Тиору, а взамен получает полезные ископаемые. Объединённое правительство Земли ухватилось за эту идею, убивающую трёх зайцев сразу: оно получало ресурсы, развивало пассажирский космофлот и безболезненно избавлялось от Детей, год за годом занудно призывающих вернуться к древнему образу жизни.
Детей перевезли на Тиору и построили для них станцию дальней связи. Несколько лет они продолжали читать оттуда проповеди, а затем случилось то, чего никто не ожидал. Дети в одностороннем порядке отделили себя от человечества, решив развиваться самостоятельно. Они попросили избавить систему Тиоры от присутствия техники, истово веря, что она нарушает баланс природы и представляет для них опасность. Обвинив человечество в бездуховности, Дети прекратили с людьми всякие контакты. Фанатики, да и только!
Общество отошло от шока и — кто бы мог подумать, — задышало свободнее без назойливых нравоучений! И вот теперь, спустя век, отшельники дали о себе знать, попросив помощи у тех, кого ненавидели всей душой.
Крис и Тарус стали первыми за последние сто лет людьми, кто увидел забытую планету. Словно мёртвые, уплывали назад острова и материки, кое-где сверкали единичные разряды молний. Планета без искусственного света. Что случилось там, внизу? Сколько осталось людей и где они?
— Харрис, доложи обстановку. Мы вышли на низкую орбиту? — голос майора бесцеремонно вторгся в слух. Мотнув головой, Крис сбросил с себя оцепенение: неужели прошло пятьдесят минут? Боковым зрением он заметил, что Мико тоже пошевелился.
— Есть результаты картографической привязки? Станция найдена? — майор продолжал задавать вопросы, не слыша на них ответов.
— Мы вышли на орбиту, аппаратура собирает сведения о поверхности. Судя по карте, в районе станции сейчас ночь. Считаю, нужно дождаться утра.
