— Нет. Во-первых, тогда будет выдернута душа моего отца из рая. Во-вторых, сейчас они меня слушать не будут, им уже не интересно и не выгодно убивать своего брата, по совместительству организатора развлечения, иначе пари аннулируется и никто не получит приз. Знаешь, а ведь потерянные братья и сестра готовы убивать Богов, если те посмеют посылать молнии на красную задницу. Неприкасаемый дьявольского уровня. Вот после Игры лузерам будет интересно меня услышать, но тогда для человечества уже будет поздно. В-третьих, они могут и не убить своего потерянного брата. Покромсать, изувечить, что угодно злое, но не убить. Никто не знает какие тёмные мысли у них в головах. Именно из-за этой непредсказуемости я предпочитаю не разыгрывать козырь до победного конца, только страх неизвестного сдерживает ЕГО.
— Хочешь выйти победителем из Игры? Это лишь растянет агонию. Не спорю, это возможно, но представляешь, что будет потом? Дьявол один будет править на планете, больше не будет братьев и сестры, чтобы ему помешать. Публичные поклонения в свою честь? Создаст единственную и официальную религию имени себя? Может переименует планету в свою честь? Сейчас по щелчку пальцев погасить солнце и, тем самым, уничтожить всё человечество, ему препятствуют братья и сестра. В конце Игры мешать будет некому. Дьявол готов отдать планету, только бы добраться до твоей души. Думаешь, он успокоится, когда станет единоличным правителем? После победы в Игре, начнут сыпаться последние песчинки твоей жизни.
— Значит, при любом из исходов — победа или поражение — для меня это конец, — говорил я это спокойным, немного счастливым голосом. Может быть я обречён, но это будет потом. А сейчас моя голова находится на коленях красивой и заботливой девушки. Птички поют, освежающий ветер колышет летнюю траву. Я просто наслаждаюсь моментом. — Кстати, я вспомнил нечто важное. На пикнике с семьёй Касл ты общалась с мёртвым приятелем Марии. Можешь также для меня связаться с мамой?
— За услугу? — а голос такой хитрый-хитрый.
— Будет тебе ещё один самый необычный день в жизни, — поддаюсь на провокацию под счастливый писк. Погулять с сестрёнкой, провести последние безмятежные летние деньки в приятной компании. Замечательно.
— Хорошо, сейчас осуществим межмировой звонок, — Леди Смерть на секунду сконцентрировалась, постепенно летняя улыбка угасла, лицо стало сосредоточенным, бровки нахмурились. Не помню таких усилий, когда она проворачивала этот трюк на пикнике семьи Касл. Леди приложила два пальца к вискам, как это делают телепаты. Через секунду добавила ещё два пальца к другому виску. — Недоступна.
— И что это значит? — моё безмятежное настроение дало трещину. Женские пальчики, вернувшиеся к волосам, немного успокоили.
— Что-то могущественное блокирует мою магию. Очень могущественное. Я уступаю в силах только Богам и Дьяволам, — от последнего слова мне хотелось вскочить! Я очень хорошо знаю ублюдка внизу, который хочет оставить маму себе. Вторая ладонь сестры мягко приземлилась на мой лоб, не давая поддаться гневу. — Или душа Элли ушла на круг перерождения. На живых, а тем более очистившихся от грехов и воспоминаний, моя магия не работает.
— Буду надеяться на второе, — сказать это было проще всего, ведь больше я ничего не могу сделать в данный момент.
Мама? Клянусь, я вырву твою душу из когтистых лап Дьявола, и ты с отцом встретишься в раю, на зло всем белоснежным ангелам, которые тебя убили.
Круг перерождения? Вздор! Я пытался связаться с первых дней после похорон через чертят и в общем котле её души не было. Разве что мама каким-то чудом подкрутила счётчик грехов, чтобы пробыть внизу всего лишь несколько часов или ещё меньше? Звучит как бред. Ни один житель Инферно не рассказывал мне, чтобы кто-то прошёл свою пытку так быстро. Даже святоши самоубийцы варятся в котле годами.
В любом случае, грузить этим сестру не собираюсь. Элли моя мама и спасти её могу только я. Очень печально, что не смог поговорить. И я не только о развитии способностей Мести хочу спросить. Мне сейчас необходим мамин совет.
— Я хотела с тобой поговорить о защите подсматривать. Ты же знаешь, что на тебе такая стоит? — чёрные глаза сверху изучают моё лицо. Подмигиваю, с моего положения головой на коленях так значительно проще, чем кивнуть. — Очень качественная защита. Я больше не ощущаю в тебе духовного родства. Для всех видов магии предвидения ты просто Джон Блэйз, сын Фрэнка и Элли Блэйз, студент Эмпайр Стэйт Билдинг. Ничего с Дьяволом или Местью тебя не связывает.
— Вау. Красный засранец хоть в чём-то мне подыграл. Интересно, зачем? Указав пальцем на мой дом, он бы сразу завершил Игру моими похоронами. Теперь процесс затянется.
— Может быть, Дьявол в тебя верит? Хочет, чтобы ты выиграл для него всё человечество? — предположила сестра оптимистка.
— Или рогатый просто пускает пыль в глаза своим братьям и сестре, — предположил пессимистичный я. — Ты можешь помочь мне победить?
