Могу только предполагать, что дело в отсутствии души. До этого я карал грешников, сейчас же взаимодействую с неодушевлённым трупом, поэтому карающая магия работает иначе. Эту теорию немного подтверждает ботинок одного из толстяков, что в моих костлявых пальцах сейчас стал чёрной лужицей. Хм. Странный и непонятный эффект. Надо будет поспрашивать чертят, может слышали о таком от предыдущих Призрачных Гонщиков. Хотя лучше бы спросить архидемонов, они ближе в адской иерархии к чемпиону Дьявола. Но призывать таких монстров слишком опасно.
Таким же образом избавляюсь от улик в виде одежды. Лучше сразу чёрная жижа, чем таскаться с компроматом на себя в поисках мусорки. Перед этим выворачиваю карманы, не забыв убрать пламя с костей, не хочу случайно сжечь добычу. Итак, что у меня: ключи от машины Шона и ключи непонятно от чего, начатая пачка орешков, тридцать долларов мелкими купюрами, пачка презервативов, три смартфона, бесполезный мусор. Ключи от машины и деньги забираю себе. Я это заслужил, как плату за очищение общества от мразей. Всё остальное сжигаю, в первую очередь телефоны, насмотрелся сериалов, знаю как копы по ним отслеживают.
Вот и всё, место преступления очищено, теперь пора сваливать отсюда. И лучше побыстрее, дружки Шона быстро добрались сюда после получения сообщения, значит живут рядом. Надо уезжать пока их жёны не начали искать. Запрыгиваю в фургон, быстро осматриваю на предмет ещё каких-то смартфонов, навигаторов и прочей аппаратуры с GPS. Когда убедился в их отсутствии, жму на газ, выезжаю из мелкого городка. Мой железный брат, в смысле, байк отца, сзади со мной и это хорошо.
В дороге позволяю себе немного расслабиться. Меня никто не видел, маньяки специально завезли меня в тёмное место без окон и возможных свидетелей, вероятно там же собирались меня убить. Я успел раньше. Шон больше никому не рассказал о взятом попутчике, как и его друзья, я проверил их смартфоны перед уничтожением, ни с кем не общались ближайший час. Никто кроме меня не знает о случившемся.
Я только что убил трёх людей. А людей ли? Мерзкие убийцы и насильники детей. Гореть им в аду. Мне всё равно, что их жёны будут грустить без них. Мрази получили свою кару — всю боль, что причиняли другим при жизни — и больше не смогут продолжать свои зверства. Не собираюсь терзаться душевными муками за очищение мира от зла. Наоборот. Огонь внутри моего черепа настойчиво шепчет, что этого недостаточно и надо продолжать карающий поход, без жалости и сожалений сжигая грешников.
Усилием воли подавляю это желание моей обновлённой души. Мой разум должен быть холодным, а мысли взвешенными. Никакой резни в прямом эфире, даже грешников. Рано мне привлекать к себе внимание всяких Торов. Моё спокойствие может быть связано с тем, что это не первое моё убийство разумных созданий, и даже не второе. Своего первого демона я убил в двенадцать лет, жадный ублюдок пытался завладеть моей душой.
Не могу сказать, что я совсем ничего не почувствовал при убийстве людей. Это не было страхом смешанным с сожалением, но и безумным счастьем не назвать. Чувство можно сравнить с маленькой радостью от избавления от лишнего, как будто после обеда достал крошку между зубами или после работы в саду почистил ногти от грязи. Избавился от мразей, отправил грешников в ад, чтобы они больше не творили зло.
Из-за этого я решил продолжить ночное путешествие, хотя для первого раза я узнал достаточно и мне следует обдумать новую информацию. Жму на газ. Сна ни в одной глазнице. Подозреваю, что в режиме ходячего скелета мне не нужна пища и сон. Беру бумажную карту из бардачка Шона, на обратной стороне наклейки бойцов рестлинга… Появилось желание сжечь это позорище. Рано, но позже обязательно. В карте обозначенные ближайшие города. Так, первый пропускаю сразу, там могут знать эту машину и кому она принадлежит. А следующий аж в трёхстах милях. Далековато. Всю ночь ехать буду на этой развалюхе.
А что если?
Заряжаю фургон карающим пламенем. Первые изменения появились на руле в моих руках. Коричневая баранка стала словно из благородного серебра, посередине был череп с оранжевым пламенем в пустых глазницах. Весь остальной салон был чёрного цвета с серебряными вставками. Черепа и шипы были повсюду! На зеркалах, на коробке передач, даже на магнитоле. За рулём мне не видно, но подозреваю, что бампер и выхлопную трубу тоже коснулись крутые изменения. В такой тачке чувствую себя не оружием правосудия, а подростком с жаждой внимания.
Буду надеяться, что крутизну стиля можно научиться регулировать. Пламя начало неприятно трещать на костях. Или я полюблю чёрное и черепа.
