-Жар драконьего огня изгонит холод из твоих костей,- сказала Дейнерис и Санса, не в силах оторваться от огромных сиреневых глаз, лишь слабо кивнула в ответ. Было в этом взгляде нечто подавляющее: будто сквозь прекрасные девичьи очи смотрел некто иной – мощный, страшный и совершенно нечеловеческий.
-«От крови дракона»- мелькнуло в голове Сансы. Она вдруг поняла, что стоит уже по пояс в горячей воде.
-Ложись,- шепнула ей Дейнерис, увлекая Сансу в воду,- дай теплу объять тебя.
Санса покорно опустилась в воду. Приятное тепло обволокло ее тело, словно проникая в каждую жилку, в каждую косточку, изгоняя всю хворь и недугу. Жарко по-прежнему не было, словно девичье тело, прижавшееся к ней, странным образом усмиряло исходящий от воды обжигающий пар. Поняв это, Санса уже открыто прильнула к обнявшей ее Дени.
-«Дени? Почему я называю ее Дени?».
Тонкая, но сильная рука поглаживала спину Сансы вдоль позвоночника, проходя от лопаток до изгиба округлых ягодиц. Второй рукой Дени лениво оглаживала грудь северянки. В последнем отблеске стыдливости, Санса попыталась было отстраниться, но это желание тут же пропало – от прикосновений Дейнерис ее тело охватила невыразимо приятная истома, подобной которой Санса не испытывала ни разу в жизни. До сих пор у нее был опыт телесной близости лишь с одним человеком – и воспоминания о том по сей день заставляли ее вздрагивать от омерзения. Но это…это было совсем иное.
Стройная ножка скользнула меж раздвинутых бедер Сансы и с губ девушки сорвался невольный стон. Он вскинула голову и ее серые глаза встретились с очами сребровласой королевы.
-Ты очень красивая,- сказала Дейнерис и ее губы коснулись губ Сансы, сливаясь в глубоком и страстном поцелуе.
- Мне очень жаль леди Санса.
Лицо Вимана Мандерли и впрямь выражало неподдельную скорбь, хотя Санса и подозревала, что вызвана она не сколько сожалением, сколько страхом за собственный дом.
- Это письмо прислал ваш брат,- сказал стоявший рядом с Виманом пухлощекий мейстер, - похоже, это единственный ворон сумевший долететь до Белой Гавани,- мейстер передернулся,- ни разу не видел таких глаз у птиц. Словно сам Неведомый вселился в эту тварь.
- Может, конечно, это хитрость ваших врагов, - подал голос Виман.
-Нет,- сказала Санса, - я чувствую, что это правда. Винтерфелл пал.
Она сама удивилась тому, как спокойно она произнесла это. Хотя чему удивляться: за последние несколько лет Винтерфелл дважды захватывался врагом – что необычного в том, что это случилось снова? Бран…Санса поймала себя на мысли, что и судьба младшего брата ее тревожит гораздо меньше, чем могла бы. Впрочем, она уже давно не думала о нем, как о прежнем Бране. Она снова заставила себя вчитаться в письмо.
«Винтерфелл пал! – плясали перед глазами необыкновенно четкие буквы незнакомого почерка,- не пытайся отбить его сейчас, если не хочешь найти смерть более страшную, нежели любой из людей способен представить. Уходи на юг и ищи защиты там. Меня не ищи – там, где я окажусь тебе хода нет, как и твоей королеве.»
-Позвольте мне отбить замок,- подал голос Теон,стоявший в дверях Водного Чертога, - однажды у меня это получилось. Позвольте мне искупить ту вину сейчас.
Отчаянная мольба читалась в глазах младшего Грейджоя. Санса с трудом нашла силы для улыбки – Теону и так приходилось нелегко в Белой Гавани. Он прибыл сюда вместе с Дейнерис и только благодаря заступничеству королевы был огражден от открытой неприязни, с которой к нему относились все на Севере. Но никто не мог заставить лордов Севера избавиться от холодного презрения, читавшегося в каждом взгляде и редких словах, обращенных к Перевертышу. Отсюда и эта попытка привлечь к себе внимание – жалкая и трогательная в своей обреченности. Теон потерял семью, дом, сестру, стал бесполезным приживалой при дворе Дейнерис – что удивительного, что он готов утратить и жизнь, лишь бы искупить ею свою вину перед домом Старков. Санса бы приняла эту жертву – если у нее был бы хоть малейший шанс на успех.
-Я благодарна вам, лорд Грейджой,- краем губ улыбнулась Санса,- но боюсь вы ничем не сможете помочь мне. По-крайней мере не больше, чем любой из присутствующих, - добавила она, глядя как исчезают презрительные ухмылки с лиц вассалов Мандерли, - никто кроме….
Она не закончила фразу, но взоры всех присутствующих уже обратились к той, кто восседал на мягком троне Вимана Мандерли. Дейнерис облачилась в черную мантию с красным драконом Таргариенов, на серебряных волосах покоилась трехглавая корона. Вдоль синих стен, покрытых изображениями акул, угрей и осьминогов, стояли евнухи-Безупречные в черных доспехах.
-Защищать вассалов,- священный долг монарха,- громко сказала Дейнерис,- мое войско выступит на Винтерфелл, чтобы вернуть родовой замок Дому Старков.
По всему залу послышался одобрительный гул, в глазах людей появилась надежда. Дейнерис поймала глазами благодарный взгляд Сансы и улыбнулась в ответ.
